Читаем Команда полностью

Белла задумчиво накручивала на палец поясок от халата.

— Это хорошо. Руди нравился Сквинтэмхэм.

Облегченный выдох у Нарциссы получился неприлично громким и спровоцировал Беллу на почти настоящую улыбку.

— Думала, орать буду? Надо бы, но… — пожала плечами, — устала. Передай Медди мою признательность.

— Не поверит.

— Я б написала, но здесь нет ни одного самопишущего пера, а Кайса только крестики рисовать умеет. — Она отпустила поясок, и тот скатился на простыню темно-коричневой спиралькой. — Знаешь, я думала, Сквинтэмхэм из меня дементоры выжрали подчистую, но, оказывается, скучаю. Как там?

— Был поздний вечер, темно, и в дом мы, разумеется, не заходили, но парк не изменился. Пруд только окончательно заилился, и наш Маршальский Вяз засох.

— Срубили?

— Нет, Медди хочет сохранить все как при дяде Альфарде.

Белла фыркнула.

— Любимая племянница!

— Альфард любил нас троих одинаково, — возразила Нарцисса, — просто тебе всегда казалось мало.

— Почему он завещал Сквинтэмхэм ей? Несправдливо!

— Очень даже справедливо. У тебя был Виверн-касл, у меня — Малфой-мэнор, а у Медди — только дочь и конура в магловской многоэтажке.

— Предательница!

— Не будь дитем. Ты злишься и завидуешь, потому что Медди хватило характера пойти против папиной воли, а тебе — нет.

— Долг крови…

— Долг крови — это средневековая чушь, в которую кроме тебя и Люциуса нынче верит один Темный Лорд. Всех прочих интересует исключительно политика. Ну и жить, конечно, хотят.

Белла прищурилась.

— Смотрю, засиделась ты в своей уютной кроличьей норке, — спокойно, без тени злобы, сказала она. — Смелая стала, языкастая… не трясись, не выдам. А знаешь, почему? Потому что до-олг кро-о-ови. — Хихикнула. — Живите, кролики, плодитесь и размножайтесь. Кого ждешь? Надеюсь, на этот раз девочку?

Нарцисса инстинктивно обхватила живот, загораживаясь от хохочущей ведьмы.

— Откуда ты…

Белла резко оборвала смех.

— Я видела тебя в окно — ходишь, словно расплескать боишься… Цисси, перестань. Какую бы крамолу вам ни взбрело тут шепелявить, я никогда не причиню вреда ни тебе, ни твоим детям. Сама запомни и Медди передай. — Она подумала. — Только пускай колдографию дочери пришлет, а то ж я ее не видела ни разу. Девчонка — аврор, мало ли.

— Вообще-то вы встречались. — Нарцисса опустила руки. — В Отделе Тайн два года назад.

— Не пом… а-а-а, неуклюжая пигалица с розовой шевелюрой! Я тогда еще подумала, что за мода такая странная. Руди считал, этот андромедин Тонкс — потомок семейки Баттлов, которая сгинула еще в шестнадцатом веке. Они все сплошь были метаморфы, женились, идиоты, только друг на друге и, разумеется, выродились в конце концов… Значит, дочь Медди? Интересная девочка, с огоньком, опыту бы только поднабраться, над стойками поработать… Закрой рот, докси залетит.

Нарцисса торопливо подобрала челюсть. Это точно Белла?

— Медди уже бабушка.

— Да ну? Быстро они… а кто у нас папа?

— Ты будешь смеяться. Ремус Люпин.

— Оборотень?! Вот паршивка, вся в мать! Надеюсь, волчонку они дали приличное имя? Надо ж умудриться — обозвать дочь Нимфадорой! Я б на месте крошки постаралась, чтобы об этом знало как можно меньше народу… Ну, чего моргаешь? Я это, я, сама в шоке. Еще утром подушки грызла от злости, а ты пришла — как отрезало. Посиди подольше. Чаю? Кайса!

Пока девушки тискали проснувшегося Тедди, а Рон и Тонкс ползали по полу гостиной вокруг деталей «развивающего коврика», Люпин тихо вышел на кухню. И не ошибся: через минуту за ним последовал Гарри.

— У тебя уже есть отвратительная взрослая привычка — никогда не навещать друзей просто так.

— Ну почему ж никогда. — Гарри уселся верхом на табурет. — Просто сегодня не тот случай. Рем, ты мне доверяешь?

Люпин удивленно моргнул.

— Конечно.

— А насколько?

— В смысле — насколько?

— Ну, если я тебе сейчас скажу: срочно собирай Тонкс с ребенком и уезжай за границу — послушаешься?

Опершись о стол, Люпин медленно опустился на табурет.

— Сколько у нас времени?

Гарри широко улыбнулся.

— Не то чтобы все критично, но поторопиться стоит. В ближайшее время Волдеморту может понадобиться метаморф.

— Мерлин… Альбус знает?

Улыбка с лица парня исчезла.

— Знает. Но раз не озаботился вас предупредить… — Вздох. — Боюсь, просто забыл. Не принял во внимание, как несущественную мелочь. С ним бывает.

— Несущественную? Что же тогда существенная?

Еще один долгий вздох.

— Рем, я и так говорю тебе куда больше, чем могу. Потому что ты мой друг, потому что тоже тебе доверяю и потому что ты, в отличие от остальных, не супер в каком восторге от Дамблдора.

Люпин поставил локоть на стол, положил голову на ладонь, запустив пальцы в шевелюру, и прикрыл глаза.

— Давно подозревал, что с тобой не все так просто.

— И продолжаешь мне верить?

— Ты — сын Джеймса… а еще человек, который прошлым летом ткнул меня мордой в мой собственный подлый идиотизм по отношению к Тонкс. Ты принял во мне оборотня и крестил моего сына. Как я могу тебе не верить? — Он поднялся. — Больше никаких вопросов. Тонкс с Тедди уедут сегодня же.

— И ты с ними. — Гарри тоже встал. — Не спорь, здесь от тебя не будет толку. Война закончится быстро и без крови.