Читаем Колодец тьмы полностью

— Да ну? — пожал плечами Дагнарус. — Что ж, быть может, я ошибся. Во всяком случае, он действительно спас мне жизнь. Когда я увидел его наглую усмешку, она дала мне желание и силы сразиться с богами. Охваченный огнем, я искал темноту. Я нашел ее и вошел туда. И там, в ее пустом пространстве, языки пламени погасли. Тьма вознаградила меня! Она сделала меня сильнее, чем любой Владыка. Она сделала меня совершеннее, чем те, кого создал мой отец.

— Владыка Пустоты, — прошептал Гарет.

— Я ощущаю в себе ее магическую силу. Наверное, точно так же женщина ощущает внутри зародившуюся жизнь. Во всяком случае, мне так представляется, — в экстазе продолжал Дагнарус. — Эта сила еще совсем молода, но с каждой секундой она возрастает и становится крепче.

— Вам она понадобится, чтобы уйти от преследований господина Мабретона, — мрачно заметил Гарет.

Дагнарус громко рассмеялся.

— Он пошел по ложному следу. Теперь он и его солдаты находятся где-нибудь на полпути к Тиннафе!

Принц зевнул и потянулся.

— Боги! До чего же я устал! Пойдука к Вэлуре, прилягу на часок.

Дагнарус оглядел свои руки в латах и черный нагрудник.

— А как же я буду спать во всем этом? Правда, доспехи удобны; я едва ощущаю на себе их вес. Они кажутся частью меня, как кожа или ногти. Но нельзя же таскать их на себе днем и ночью!

— Ваш брат Хельмос и другие Владыки носят магические кулоны, дарованные им богами, — сказал Гарет. Он тоже был жутко утомлен, но спать боялся. Едва Гарет закрывал глаза, как видел принца корчащимся в священном огне. — Когда Владыкам требуются доспехи, они дотрагиваются до этих кулонов и произносят молитву.

— Сомневаюсь, чтобы мне сейчас помогло обращение к богам, — сдержанно улыбнулся Дагнарус. — Или я должен помолиться Пустоте? — в раздумье спросил он.

Гарет вздохнул и покачал головой.

— Нет, ваше высочество. Пустота, как и боги, ничего не дает просто так. Вначале Пустота требует дань, потом исполняет просьбу. Вы отдали ей свою душу. Пустота приняла вашу жертву и сохранила вам жизнь, дала эти доспехи и заключенные в них магические силы.

Гарет внимательно пригляделся к доспехам. Они служили Дагнарусу как бы второй кожей, причем прозрачной. Гарет видел ребра грудной клетки принца, кости, мышцы, сухожилия. В центре нагрудника, прямо над сердцем, находился врезанный в металл знак. Знак был простым — он состоял из символических изображений четырех стихий. В центре чернела точка. Она была темнее самих доспехов, темнее ночи.

Гарет указал на знак пальцем, боясь коснуться доспехов.

— Взгляните сюда, ваше высочество.

Дагнарус наклонил голову, вгляделся.

— Узнаю его! — тихо воскликнул он, зачарованный увиденным. — Я видел его, когда... когда умирал. Посреди пламени вдруг появилось черное колесо и начало вращаться перед моими глазами. Что это означает?

— Это — древний символ Пустоты. Четыре кружка изображают четыре стихии. А в центре — Пустота. Дотроньтесь до этого знака и пожелайте, чтобы доспехи исчезли, — посоветовал Гарет.

Дагнарус повиновался. Доспехи исчезли. Принц и Гарет с удивлением увидели, как доспехи, словно жидкость, просочились внутрь кожи Дагнаруса, блеснув темными капельками и став частью его крови. Сейчас на принце были белые одежды, надетые им еще утром для церемонии. На шее висел круглый кулон. Вырезанный из цельного камня, кулон блестел и переливался в лучах заходящего солнца, словно бриллиант, только был не прозрачным, а иссиня-черным. На боку у принца висел Кинжал Врикиля, удерживаемый волей владельца и силой магии.

Дагнарус удовлетворенно посмотрел на кулон и кинжал и презрительно сощурился на белые одежды.

— Забавный будет у меня вид, когда я поеду по дороге, принаряженный, точно невеста к свадьбе! А вот и наш врикиль! Что ты узнал про эльфов?

— Они потеряли наш след, мой господин, — ответил Шакур и поклонился, не сходя с седла. — Я ждал, спрятавшись в Пустоте, и видел, как они пронеслись мимо. Никто из них даже не догадался посмотреть по сторонам. Они были уверены, что схватят вас на дороге.

— Глупцы! — сделал презрительный жест Дагнарус.

Он с любопытством посмотрел на седельные сумки Шакура.

— Никак ты захватил смену одежды?

— Так уж случилось, мой господин, — ответил Шакур.

Развязав сумки, врикиль извлек оттуда кожаную блузу, рубаху из тонкого шелка и шерстяные облегающие панталоны. Вид одежды разочаровал принца.

— Так одеваются богатые лавочники. И все же придется довольствоваться этими тряпками, пока я не куплю себе что-нибудь получше. А чем это они запачканы? Откуда коричневые пятна?

— Это кровь, мой господин, — невозмутимо ответил Шакур. — Вы приказали мне скрыть убийство. Я решил, что лучше не оставлять следов, и закопал тело. Одежду и вещи убитого я взял с собой, намереваясь продать их где-нибудь.

— Сильвит, — позвал Дагнарус. — Возьми эту одежду и выстирай ее. Заодно прикинь, сможешь ли подогнать ее мне по фигуре.

Шакур поднял забрало, обнажив лицо с мертвыми глазами. Он держал окровавленную одежду, ожидая, когда эльф ее возьмет.

Лицо Сильвита сохраняло бесстрастие, но он отступил на шаг назад.