Читаем Колодец тьмы полностью

— Я его достаточно понимаю, — резко заявил Шакур. — Если хотите, могу рассказать. Мой рассказ будет недолгим... Мать меня не хотела; я мешал ей заниматься своим ремеслом. Во время беременности она пыталась вытравить меня, но неудачно. Отец? Я никогда не знал, кто он. Просто один из посетителей матери, заплативший грош за счастье произвести меня на свет. В детстве меня били и пинали, пока мать не сообразила, что из меня можно извлечь выгоду. Кое-кто из заглядывавших к ней мужчин был не прочь позабавиться и с мальчишками, и такие хорошо платили ей за мои, с позволения сказать, услуги. Хотя деньги были моими, мать забирала их себе. Как-то ночью, когда мать и один из ее любовников изрядно напились, она в припадке пьяного гнева ударила меня. На полу валялся пояс ее любовника, а на нем — ножны. Я выхватил оттуда нож, и то был конец моей матери. После этого было много других, кого я убил, — я уже им и счет потерял. Но ее крики я слышу до сих пор.

Шакур опустился на колени. Подняв голову, он немигающим взглядом уставился во тьму.

— Я был рожден для Пустоты. Пустота — моя владычица, и я клянусь в этом кровью своей матери.

Принц был смертельно бледен. Его глаза утратили свой привычный изумрудный цвет и, казалось, сами стали тьмою с крапинками звезд. Но в них горел ликующий огонь.

Гарет, сделав странное движение, тихо произнес:

— Думаю, он искренен. Теперь убедимся, является ли он приемлемым избранником.

— Что? — нахмурился Шакур. — Что это значит — «приемлемым избранником»? Я ведь поклялся, правда?

Испытывая почтение, которого он прежде никогда не испытывал в присутствии богов, Дагнарус медленно извлек Кинжал Врикиля. На блестящей поверхности лезвия отразился свет свечей, словно по его поверхности потекли огненные ручейки и словно сам кинжал вытащили из огненной реки. Глаза дракона на рукоятке вспыхнули красным цветом и, как показалось принцу, довольно ему подмигнули.

— А это еще что за штука? — сердито спросил Шакур.

— Оружие для твоей работы, — ответил Гарет, облизывая пересохшие губы.

Шакур презрительно взглянул на кинжал.

— Начнем с того, что оно слишком уж затейливое. У меня есть свой ножичек.

Он взмахнул скованными руками.

— Я произнес вашу чертову клятву. Освободите меня!

— Нужно ли при этом что-нибудь говорить? — негромко спросил Дагнарус, заворожено взирая на кинжал.

— Нет, — ответил Гарет. — Магия скрыта внутри кинжала. Положите его на алтарь.

Дагнарус с почтительным трепетом осторожно положил кинжал на алтарь.

— Я сказал, освободите меня, черт бы вас побрал! — закричал Шакур.

Вскочив на ноги, он потянулся скованными руками к горлу принца.

— Да исполнится мое желание, — произнес Дагнарус.

Блеснув, кинжал взлетел с алтаря и ударил Шакура в спину и в грудь. Оба удара были быстрыми и сильными. Шакур дернул головой и тихо застонал. Он перевел взгляд с Дагнаруса, следившего за ним со странной, жуткой улыбкой, на Гарета. Тот видел, как с каждым мгновением глаза узника все больше стекленеют.

Шакур замертво рухнул на ониксовый пол, упав лицом вниз.

Очнувшись, Гарет увидел над собой озабоченное лицо Дагнаруса.

— Меченый? Ты никак потерял сознание? Я ж совсем забыл, что ты не солдат. Надо было сказать тебе, чтобы отвернулся. Что нам теперь с ним делать?

Принц с интересом и любопытством смотрел на бездыханный труп узника.

— Мы должны положить тело на алтарь, — ответил Гарет, стараясь не глядеть на труп.

— Ты еще не пришел в себя, — сказал Дагнарус. — Посиди здесь, пока не очухаешься. Если ты упадешь, то расшибешь себе голову о каменный пол, и мне тогда от тебя не будет никакого толку. Все, что нужно, я сделаю сам.

Гарет послушно исполнил приказание принца. В помещении не было ни стула, ни скамьи, поэтому он прислонился к холодной каменной стене, закрыл глаза и несколько раз глубоко вздохнул. Головокружение прошло, и тошнота отступила. Послушник сказал себе, что не сделал ничего дурного; он лишь помог пресечь жизнь негодяя, причинившего людям немало горя. Шакур и сам тяготился своей жизнью и, похоже, был рад ее оборвать. Когда Гарет поднял голову, он уже без содрогания мог смотреть на лежащее на алтаре тело Шакура.

— Извлеките кинжал из тела, — сказал он Дагнарусу.

Дагнарус колебался.

— А можно ли мне дотрагиваться до кинжала?

— Да. Кинжал сделал свое дело — он принял избранника. А теперь положите Кинжал Врикиля ему на сердце. Голову дракона поверните к его голове. Крестовина рукоятки должна располагаться вровень с руками, а конец лезвия — смотреть в направлении ног.

Гарет видел, как Дагнарус протянул руку к кинжалу.

— Постойте! — повелительно крикнул Гарет.

— Что еще? — удивленно спросил Дагнарус.

Гарет ответил не сразу. Он взглянул на мертвого Шакура, затем перевел взгляд на принца.

— Сейчас в кинжале сосредоточены все жизненные силы этого человека. Если желаете, ваше высочество, можете взять его жизнь себе.

— Что? Стать таким, как он? — Дагнарус с отвращением посмотрел на Шакура. — Нет уж, благодарю!