Читаем Колодец тьмы полностью

— Лучшего места для нее не придумаешь, — ответил ему Дагнарус.

Дверь со скрипом отворилась. Изнутри пахнуло тяжелым, спертым воздухом, заставившим Дагнаруса поморщиться, а Шакура — презрительно хмыкнуть.

Гарет сделал шаг в сторону.

— Прошу входить, — сказал он.

Шакур не пошевелился. Он вглядывался в темноту, безуспешно пытаясь хоть что-то рассмотреть внутри.

— Два дня ты наслаждался жизнью, — напомнил ему Дагнарус. — Пора платить за удовольствие.

Он толкнул Шакура, и тот, потеряв равновесие, упал плашмя на пол. Наклонившись над скованным узником, принц схватил его за воротник рубахи и втащил внутрь. Гарет закрыл дверь, вместо ключа вложив в скважину замка свой палец.

— Именем Пустоты я накрепко закрываю эту дверь, — произнес он. — И да откроется она только по моему повелению.

— Что опять с тобой? — спросил Дагнарус, удивленно взглянув на Гарета.

Послушник сгорбился, словно старик. Лицо исказилось гримасой боли. Гарет обхватил руками тело, будто удерживая кости и внутренности, готовые рассыпаться.

— Это плата, которую я вынужден платить за свою магию, ваше высочество, — не сразу ответил Гарет.

Судорожно вздохнув, он кое-как выпрямился.

— Можете освободить Шакура от кандалов. Хотя бы от ножных. Отсюда он не сбежит.

Гарет зажег толстые восковые свечи, стоявшие вдоль стен на тяжелых кованых подставках. Дагнарус снял кандалы с ног Шакура и заставил узника встать.

Шакур озирался по сторонам, сверкая глазами сквозь копну спутанных волос, нависавших над его изуродованным лицом.

— Эй! — сердито прорычал он. — Что это все значит? Зачем вы приволокли меня сюда?

— Полегче, — нетерпеливо одернул его Дагнарус. — Если помнишь, я говорил, что мне от тебя понадобится клятва. Здесь ты ее и принесешь. В этом помещении ты примешь Пустоту, как и обещал. А если передумал, — принц натянуто улыбнулся, — еще не поздно отправиться к палачу.

Помещение было просторным; чтобы пересечь его по диагонали, такому человеку, как Дагнарус, понадобилось бы сделать не менее тридцати широких шагов. Круглое по форме, с высоким куполообразным потолком, оно было пустым, за исключением каменного алтаря, высеченного из гладкого черного мрамора и лишенного каких-либо украшений. Стены, пол и потолок были выложены ониксом, отполированным до зеркального блеска, так что огненные точечки свечей без конца множились, отражаясь в его поверхности. Пламя каждой свечи распадалось на тысячу огоньков, отчего вся картина напоминала ясное звездное небо. У тех, кто находился внутри, возникало ощущение, будто они стоят в пустоте ночи, а над ними и под ними проплывают в темноте звезды.

Дагнарус не мог оторвать глаз от этого зрелища.

— Меченый, — сказал он, понизив от благоговейного восхищения голос, — это... именно это я видел тогда, десять лет назад, когда заглянул внутрь Камня Владычества. Я стоял один во тьме, и вокруг меня были звезды. В этом помещении явно ощущается сила богов.

— Вы ощущаете не силу богов, а ее отсутствие, — ответил Гарет столь же тихо, словно они оба находились в Королевской библиотеке. — Боги избегают этого места, и их власть на него не распространяется. Это помещение принадлежит Пустоте.

— А Почтенные Маги знают о его существовании? — спросил Дагнарус.

— Знают, — сухо и сдержанно ответил Гарет.

— Тогда почему они его не разрушат?

— Они не в состоянии этого сделать. Видите сводчатый потолок? Это помещение держит на себе весь Храм. Уничтожьте его, и Храм просядет. Такова была мудрость тех, кто много веков назад строил Храм. Вода заливает огонь, однако человеку для жизни нужны они оба. Ему требуется воздух, чтобы дышать, и земля под ногами, однако человек не в состоянии жить в мире, где господствовала бы только какая-то одна стихия. Боги обладают силой лишь потому, что существует место, где у них нет вообще никакой силы. Нам дана возможность черпать из обоих источников. Боги мудры, они не стремятся уничтожить свою противоположность, равно как и Пустота не стремится поглотить всю вселенную. Ведь тогда Пустота окажется заполненной и перестанет существовать. Если все превращается в ничто, ничто исчезает.

У Дагнаруса не нашлось слов для возражения. Он чувствовал, что плывет во времени, плывет по небесам, находясь там, где никакие законы и правила не сдерживают и не ограничивают его. Жизнь казалась хрупкой, словно пламя свечи. Дунь — и оно погаснет, но останутся миллионы других свечей. А он стоял в центре, наконец-то наполнившись Пустотой.

— Мне что, надо принести какую-то клятву? — спросил Шакур.

— Клятву Пустоте, — ответил Дагнарус, переводя на него свой взгляд.

Шакур медленно кивнул.

— Понимаю, — сказал он, обращаясь больше к самому себе, и его слова легко и бесшумно, словно призраки, неслись в пустом пространстве. — Я готов. Что надо говорить?

— Согласен ли ты, Шакур, признать Пустоту своей владычицей? — спросил Гарет. — Согласен ли ты посвятить свою жизнь Пустоте и отдать ей свою душу?

— Да, согласен, — пожимая плечами, ответил Шакур.

— Я серьезно тебя спрашиваю! — вспыхнул Гарет. — Мы должны быть убеждены в твоей верности. Ты должен понимать смысл слов, которые произносишь.