— Разве вы не понимаете, ваше высочество? — в отчаянии спросил Гарет. — Теперь вам не нужно становиться Владыкой. Понимаете, не нужно! Потому я и отважился на это! Потому я и занимался своими поисками! Ради вас! Вам не нужно рисковать своей жизнью.

— Меня весьма трогает твоя забота обо мне, Меченый, — холодно и угрожающе произнес Дагнарус. — Однако твои слова для меня оскорбительны. Ты почему-то убежден, что я потерплю неудачу. Напоминаю тебе: я еще ни разу не терпел неудачу ни в одном из своих замыслов. Не потерплю и здесь, тем более что мой брат сумел это выдержать.

Принц скривил губы.

— Вы не сможете одновременно быть Владыкой, благословенным богами, и обладать этим кинжалом, — сказал Гарет.

— В таком случае, ты сам создашь для меня врикилей.

— Я мог бы это сделать, ваше высочество, — с поклоном ответил Гарет. — Но тогда врикили будут подчиняться не вам, а мне, ибо кинжал окажется в моих руках.

Дагнарус нахмурился. Он не привык, когда ему перечили.

— Значит, нужно попытаться это как-нибудь обойти! Ты, Меченый, поищешь способ, а я займусь поисками подходящей кандидатуры. Надо все проверить и убедиться, что кинжал действует именно так, как ты утверждаешь.

— Но где вы найдете первую жертву? — недоверчиво спросил Гарет. — Того, кто открыто примет Пустоту?

— У меня есть одна мысль, — беспечно заявил Дагнарус.

Он убрал кинжал в сумку, тщательно завернув в бархат, а сумку запихнул себе под одежду.

— Кинжал я оставлю у себя.

— Конечно, ваше высочество, — ответил Гарет, с содроганием провожая глазами кинжал. — Храните его бережно и в тайне.

— Не беспокойся. С недавнего времени я привык хранить тайны, и в отличие от тебя мне это нравится.

Гарет лишь покачал головой.

Дагнарус озабоченно посмотрел на своего друга, и Гарет увидел в глазах принца сожаление. Гарету было не в чем упрекнуть Дагнаруса. Он ведь и в самом деле выглядел ужасающе: худой, бледный, изможденный. На вид ему можно было дать намного больше его двадцати лет. А если добавить к этому обкусанные до крови ногти, непрестанно моргающие воспаленные глаза, которым он так и не может дать отдых? А поношенная, измятая одежда? А стоптанные башмаки? И вдобавок — жуткое пятно на лице. Теперь к нему добавилось и второе, не менее жуткое.

— Прости меня, Меченый, — вдруг тихо сказал Дагнарус.

— За что?

Гарет изумленно уставился на принца. Он не помнил, чтобы Дагнарус хоть когда-нибудь у кого-то просил прощения.

— За что вы просите прощения?

— За то, что забыл о тебе. Пока я развлекался, ты работал не разгибая спины. Но потерпи еще немного.

Дагнарус обхватил руками худощавые плечи друга.

— Некоторое время тебе еще придется пожить двойной жизнью. Но только до тех пор, пока я не стану Владыкой. Тогда ты сможешь бросить этих слабоумных старых дурней и уйти из Храма. Ты станешь моим советником, как мы и решили в детстве. Когда я стану королем Виннингэля...

— Не говорите так, выше высочество, — жалобно попросил Гарет. — Хотя бы не говорите, что станете королем Виннингэля. Королем Виннингэля станет Хельмос, и он будет достойным королем. Вы станете королем земель эльфов или дворфов.

Гарет опустил голову, чтобы принц не увидел его слез.

— Ладно. Когда я стану королем земли эльфов, — мягко и уступчиво повторил Дагнарус — Я воздам тебе за все усилия. Ты заживешь легко. Я построю тебе замок, найду тебе жену. Жену и к ней — домоправительницу...

— Благодарю вас, ваше высочество, — ответил Гарет.

Что еще он мог сказать? Замок, жена и домоправительница в обмен на его душу? Должно быть, он продешевил.

— А сейчас, — Дагнарус обнял за плечи бывшего мальчика для битья и повел его к двери, — мы покинем это отвратительное место, которое всегда повергает меня в уныние, и раздобудем тебе чего-нибудь поесть. Нет, никаких возражений. Ну и что, если ты опоздаешь на занятия? Я пошлю Сильвита, и он объяснит, что ты понадобился мне по делу. Пойдем, помучаем повара насчет послеполуденного супа, как мы делали, когда были мальчишками. А что ты скажешь о пироге с олениной и свежем козьем сыре? И к ним — горячие хрустящие булочки и только что сваренный эль?

— Я скажу, что это замечательно, ваше высочество, — ответил Гарет, желудок которого заурчал при упоминании о вкусной еде.

Дагнарус с шумом распахнул дверь и потащил друга по коридору.

— Отлично! Надо будет немного откормить тебя, чтобы на твоих прыщавых щеках появился хоть какой-то румянец. Кстати, — как бы невзначай добавил принц, — я не говорил тебе, что сегодня на Совете Владык меня будут избирать претендентом?

— Желаю вам удачи, ваше высочество, — сказал Гарет.

— Я уверен в твоей искренности, Меченый, — отозвался Дагнарус, улыбаясь и еще крепче сжимая руку Гарета. — Уверен.

Глава 7

Избрание