Читаем Колибри полностью

В Песне XIII «Чистилища» Данте оказывается на второй горной террасе перед душами завистников. Они прижаты друг к другу, все во власяницах цвета скалы, на которую они опираются, умоляя святых угодников и Богородицу о защите. Вергилий призывает Данте посмотреть на них вблизи, и Данте видит, что их веки по краям зашиты железной нитью и из проколов иглы льются слезы. Тут поэт делает нечто замечательное, преисполненное сострадания и современности: «Приближаясь, я боялся их оскорбить, / Пройдя невидимым и видя их, / И вопросительно взглянул на учителя». То есть он переводит взгляд на Вергилия, и вовсе не оттого, что муки грешников его ужасают, а чтобы не оскорблять эти души своим взглядом, на который они не могут ответить. Он как будто говорит, что лежачих не бьют и в безоружных не стреляют.

Согласно заявлению одного из представителей команды Принса, сделанному журналу мод Notorious[86], певец запрещал своим подчиненным смотреть на него. «Я своими глазами видел, как он уволил одного типа, – сказал помощник, пожелавший остаться неизвестным, – из-за того, что тот на него посмотрел. Чего он на меня пялится? Скажите ему, пусть проваливает». Американцы по такому случаю даже придумали специальный термин – eye contact[87]. Тому невезучему типу он стоил рабочего места, но попробуйте поднять глаза на своего соседа в каком-нибудь злачном заведении Бронкса. «Что же нужно было такого натворить, чтобы дойти до ручки?» «Eye contact».

Француженка Бальдин Сен-Жирон[88], философ, написала книгу, опубликованную в Италии в 2010 г., под названием «Эстетический акт. Эссе в пятидесяти вопросах», в которой она вводит довольно смелое философское понятие «акта» в эстетике. Использование этого слова – «акт» – полностью опровергает концепцию, согласно которой «смотреть» – синоним пассивности в противоположность понятию «делать». Эстетический акт, говорит Бальдин Сен-Жирон, – это «вмешательство»; взгляды – суть тело. Пассивностью тут и не пахнет.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Ход королевы
Ход королевы

Бет Хармон – тихая, угрюмая и, на первый взгляд, ничем не примечательная восьмилетняя девочка, которую отправляют в приют после гибели матери. Она лишена любви и эмоциональной поддержки. Ее круг общения – еще одна сирота и сторож, который учит Бет играть в шахматы, которые постепенно становятся для нее смыслом жизни. По мере взросления юный гений начинает злоупотреблять транквилизаторами и алкоголем, сбегая тем самым от реальности. Лишь во время игры в шахматы ее мысли проясняются, и она может возвращать себе контроль. Уже в шестнадцать лет Бет становится участником Открытого чемпионата США по шахматам. Но параллельно ее стремлению отточить свои навыки на профессиональном уровне, ставки возрастают, ее изоляция обретает пугающий масштаб, а желание сбежать от реальности становится соблазнительнее. И наступает момент, когда ей предстоит сразиться с лучшим игроком мира. Сможет ли она победить или станет жертвой своих пристрастий, как это уже случалось в прошлом?

Уолтер Стоун Тевис

Современная русская и зарубежная проза
Обитель
Обитель

Захар Прилепин — прозаик, публицист, музыкант, обладатель премий «Национальный бестселлер», «СуперНацБест» и «Ясная Поляна»… Известность ему принесли романы «Патологии» (о войне в Чечне) и «Санькя»(о молодых нацболах), «пацанские» рассказы — «Грех» и «Ботинки, полные горячей водкой». В новом романе «Обитель» писатель обращается к другому времени и другому опыту.Соловки, конец двадцатых годов. Широкое полотно босховского размаха, с десятками персонажей, с отчетливыми следами прошлого и отблесками гроз будущего — и целая жизнь, уместившаяся в одну осень. Молодой человек двадцати семи лет от роду, оказавшийся в лагере. Величественная природа — и клубок человеческих судеб, где невозможно отличить палачей от жертв. Трагическая история одной любви — и история всей страны с ее болью, кровью, ненавистью, отраженная в Соловецком острове, как в зеркале.

Захар Прилепин

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Роман / Современная проза