Читаем Колдовство полностью

Потом слова оборвались, и он излил свою сущность глубоко в ее тело. Долгий момент сильного мужского освобождения иссушил их обоих. Прошло время, прежде чем Кавена смог пошевелиться и медленно покинул ее теплое тело. Кимберли повернулась к нему в поисках защиты, успокоения и сочувствия.

— Ты имела это в виду, Ким? — наконец, спросил он, перебирая рукой копну ее волос.

— Я люблю тебя, Кавена.

Он что-то пробормотал, чего она не смогла разобрать, и тесно прижал ее к себе.

— Запомни это, милая.

— Как я смогла бы забыть?

— Ким, я только должен быть уверен, что ты знаешь, о чем говоришь, — сказал он мгновение спустя. — Ты понимаешь? Я хочу быть уверен, что ты точно знаешь свои чувства. Хочу, чтобы ты полностью была свободна, чтобы любить меня.

— Не беспокойся. Я откажу Джошу Валериану. Ему придется нелегко, бедненькому, но я думаю, он переживет.

— Милая, я не шучу.

Кавена приподнял ее подбородок и внимательно всмотрелся в лицо. Его же собственное было суровым и непроницаемым.

— Не хочу, чтобы между нами были какие-то барьеры.

Рот Кимберли изогнулся в ласковой усмешке.

— Не беспокойся, Кавена. Я знаю, что делаю. Временами ты так успешно читаешь мои мысли, неужели не можешь прочесть и сегодня?

— Уверенности у меня нет. — Глаза его прикрылись и пропали в темноте. — Ким, послезавтра я хочу взять тебя в Сан-Франциско. Мы там заночуем.

Кимберли загорелась.

— Немного времени урвем для себя?

— Там есть кое-какие дела, с которыми мы должны справиться, а потом да: у нас будет ночь для себя. — Он поколебался и затем заботливо спросил. — Ты хочешь поехать?

— Очень хочу.

Он вздохнул.

— Спи, Ким. У тебя была жуткая ночь.

Она устроилась поближе и собралась провалиться в уютное забвение. Последняя мысль в ее голове перед тем, как Кимберли сморил удивительно глубокий без сновидений сон, была о том, что Кавена ведь так и не сказал, что любит ее. Он припас это признание для Сан-Франциско, решила она. На рассвете Кимберли проснулась и обнаружила, что Кавена крепко опутал ее своими объятиями. Какое-то время она тихо лежала, вспоминая прошедшую ночь.

— Ты проснулась, милая? — пробормотал он, уткнувшись в ее волосы.

— Кавена, я тут кое-что думала.

— Для женщины не всегда хороший признак.

Она ущипнула его за бедро, и он зарычал, в отместку чувствительно куснув ее в плечо.

— Я серьезно. Прошлой ночью мы кое о чем не поговорили.

Кимберли показалось, что он слегка напрягся при этих словах.

— Что мы не обсудили еще?

— Ну, весь смысл твоей системы сигнализации вдоль той каменной ограды — это предотвратить проникновение извне.

— Верно.

— А единственный сигнал тревоги прошлой ночью включила я, когда бежала к винодельне.

— Угу.

— Но тип в сутане, который меня преследовал, уже был внутри поместья. На самом деле он был в саду, около патио. Как он попал туда, минуя сигнализацию?

— Это, — пробормотал Кавена, — небольшое дельце, которое я лежал и обдумывал последний час.

— Он проскользнул, когда стали съезжаться приглашенные гости?

— Я не пойму, каким образом. Старки осматривал каждого приходящего на мониторе у ворот, а Джулия приветствовала всех в дверях. За последним гостем ворота закрыли. Старки очень основателен насчет таких вещей.

Старки. Странный человек, имевший общее прошлое с Кавеной. Кимберли вздрогнула. Впрочем, она опасалась вынести на обсуждение возможные подозрения. Кавена со Старки явно прошли вместе длинный путь. Кавена не поблагодарит ее за высказанные вслух сомнения насчет его друга. Кроме того, подумала Кимберли, выбросив из головы мелькнувшую мимоходом мысль, у нее нет причины сомневаться в первую очередь в Старки. Его преданность Кавене подтверждена прошлым.

— О чем ты думаешь, Ким?

— О преданности, — правдиво ответила она. — Трудно разобраться с этим понятием в пять утра.

— Еще сонная? Хочешь проснуться? — улыбнулся Кавена. — Не желаешь ли еще раз сказать мне, что любишь меня?

— Как насчет того, чтобы показать это тебе?

— Я к твоим услугам.

— У меня всегда кое-что да найдется для страстного покорного мужчины.

— Ах, ты ведьмочка, — хрипло проскрежетал он, взгромоздив ее на себя сверху.

К полудню в этот же день Старки получил предварительный отчет о человеке, который напал на Кимберли предшествующей ночью. Он сидел с Кимберли и Кавеной и пересказывал то немногое, что узнал.

— На данный момент это все неофициально. Крэнстон дал мне информацию в устной форме. Имя парня Ник Гарвуд. У него приводы чуть ли не детсадовских времен. Дважды допрошен за последний год в связи со смертями от ножевых ран. Полиция склоняется к версии, что это было заказное убийство. Прямо сейчас Гарвуд занят тем, что качает свои права и требует адвоката, но Крэнстон думает, что они могут заставить его говорить.

— Есть какие-нибудь сведения насчет источника происхождения ножа? — спокойно спросил Кавена, словно обсуждал деловой вопрос. Кимберли поразилась, как прозаично он и Старки обращаются с такими вещами. Видать, в прошлом им приходилось иметь дело с подобным.