— Он так испугался вчера, когда лопнули светляки, что, убегая, совершал перформансы буквально через каждые два метра. По этим перформансам и жалобам на них можно проследить все перемещения Скунса по лесу. Он просто бегал по кругу, а потом забился в нору и продолжил перформансы там.

— Хорошо. Муравьед и Дикобраз. У них тоже алиби?

— Про них мне пока ничего не известно, — сказал Барсук.

— Значит, они и есть преступники!

— Нет, не значит. Они — наши подозреваемые. Эксперт Стервятник! Вы уже закончили экспертизу шерсти с места преступления на подземной выставке?

— Шерсти очень много, но я практически закончил, — с достоинством сказал Гриф. — Осталось уточнить кое-какую мелочь. Пока что я могу с уверенностью утверждать, что на месте преступления найдена шерсть практически всех зверей, присутствовавших на вернисаже, включая, кстати, вашу, Старший Барсук Полиции, и вашу, Младший Барсук Полиции. Я не обнаружил шерсть только двух зверей: Песца, так как он перед вернисажем был тщательно вычесан, и Голого Землекопа, помощника Крота-экскурсовода. Отсутствие шерсти Голого Землекопа на месте преступления я связываю с отсутствием шерсти у Землекопа как таковой.

— Так-так, Голый Землекоп, — задумался Барсук Старший. — В списке сбежавших его нет, так?

— В списке сбежавших его нет. Так, — подтвердил Скворец.

— Кроме того, я обнаружил шерсть зверя, который не упомянут ни в списке гостей, ни в списке сбежавших. Ни в одном из списков, — сообщил Гриф.

— Какого зверя?! — хором спросили Барсук Старший и Барсукот.

— Это та самая мелочь, которую я пока не установил.

— Ничего себе мелочь! Ведь этот зверь, проникший на выставку тайно, — очевидно, злоумышленник! — заволновался Барсук.

— Да он, этот зверь, он же глава преступной террористической организации! — завопил Барсукот. — Начальник Муравьеда и Дикобраза!

— А что вам мешает установить личность зверя, Гриф? — спросил Барсук Старший.

— Ничто не может помешать мне делать мою работу, — холодно сказал Гриф. — И я обязательно установлю личность. Немного замедляет мою экспертизу то, что неизвестный зверь, уронивший шерсть, — старый. Очень старый.

— Старый? — озадаченно переспросил Барсук Старший.

— А что тебя удивляет? — Барсукот возбуждённо замахал хвостом. — Старый главарь мафии. Так всегда и бывает.

— Насколько старый? — спросил Барсук.

— При других обстоятельствах я мог бы даже предположить, что этот зверь настолько старый, что уже, попросту говоря, мёртвый. Но в данном случае зверская логика подсказывает, что он всё-таки пришёл на выставку искусства и ушёл с неё живым. Поэтому, исходя из структуры и качества шерсти, я дал бы ему … — Гриф беззвучно пошевелил клювом, подсчитывая, — около ста лет.

— Любопытно, — сказал Барсук. — Весьма любопытно.

* * *

— Брат триста семь! Приём! — в очередной раз донеслось из «Милого дома». — Брат триста семь! Приём!

А потом, впервые, в муравейнике что-то затрещало и через помехи послышался глухой голос:

— Брат триста семь на связи. Брат триста семь на связи. Приём.

Барсук Старший насторожился.

— О где же ты, брат триста семь? Приём, — сказали в руинах «Милого дома».

— Гостиница «Под семью дубами», — сквозь помехи и какой-то заунывный, ритмичный скрип отозвался брат триста семь. — Минус третий этаж. Номер с видом на корневую систему. Приём.

— Что ты там делаешь, брат? Приём.

— Меня похитили. И кажется, собираются съесть. Похитители …

Противный чавкающий звук заглушил его голос.

— Брат триста семь! Приём! Брат триста семь? Брат триста семь? Приём?

Ответа не было. Только ритмичное поскрипывание, чавканье и какие-то всхлипы.

Барсукот молнией метнулся прочь из хранилища.

— Срочно в гостиницу! — скомандовал Барсук Старший и выбежал за ним следом.

— Так точно, Старший Барсук Полиции Дальнего Леса! — прогавкали псы, но остались сидеть на месте.

— Они боятся, — презрительно констатировал Гриф Стервятник. — От них отчётливо пахнет страхом.

— Нас никто никогда не натаскивал на террористов! — проскулил Граф.

— Меня тоже никто не натаскивал. — Гриф Стервятник прошествовал к выходу и воспарил в темноту. — Просто я гордый и бесстрашный! — добавил он с ночных небес.

— Срочно в гостиницу! — барсучьим голосом сказал Скворец, подскочил к Графу и слегка клюнул его в холку.

Послышался отдалённый раскат грома.

— Слушаемся! — Полкан поднялся и решительно направился к выходу.

Собаки затрусили за ним. Юный Граф вышел последним и поплёлся в самом хвосте.

<p>Глава 13, в которой похититель смотрит на жертву</p>

Барсук Старший, Барсукот и Стервятник бесшумно спускались по чёрной лестнице на минус третий этаж гостиницы «Под семью дубами». Точнее, Барсукот и Стервятник спускались бесшумно, а Барсук Старший сопел, пыхтел и немного шаркал. Эти звуки, впрочем, удачно заглушало утробное рычание псов, доносившееся снаружи.

Охотничьим псам было приказано взять гостиницу в оцепление и контролировать каждый из семи выходов у каждого из семи дубов на случай попытки преступника к бегству.

Барсук Старший застыл напротив массивной бревенчатой двери в номер и перевёл дыхание.