Читаем Когда тает лед полностью

Он убирает другую ладонь с моего бока, а я инстинктивно поднимаю руку и вцепляюсь в его густые темные волосы. Его пальцы медленно путешествуют по моему животу, по округлости груди и обводят сосок, но сдавливают его не так сильно, как мне бы хотелось. Мое дыхание сбивается.

– Нейтан, – нетерпеливо шепчу.

Он коварно усмехается, давая понять, что его не заботит, чего я хочу. Он гладит другую грудь теми же раздражающе легкими прикосновениями, которые заставляют меня вжиматься в его ладонь, чтобы получить больше ощущений.

– Нейтан, пожалуйста.

Я тяну его за волосы, стараясь не замечать мурашек, бегающих по мне каждый раз, когда его дыхание касается моей шеи.

Наконец он сжимает пальцами затвердевший сосок и носом наклоняет мою голову набок. Щетина царапает мой бешено бьющийся пульс, он прикусывает мне мочку уха и шепчет:

– Я тебе нравлюсь, только когда ты пьяная и возбужденная.

– Неправда.

Я наконец отпускаю его руку, зажатую между моих ног, и он начинает нежно поглаживать внутреннюю поверхность моего бедра. Я поворачиваю назад голову и натыкаюсь на его мрачный и тяжелый взгляд.

– Ты мне никогда не нравишься.

Его губы врезаются в мои, а рука перемещается на шею. Поцелуй выходит грубый и страстный, ошеломительный и горячий. Можно подобрать еще кучу определений, но мозг отказывается работать. Нейт сжимает мою шею, а его язык исследует мой рот. Я прикусываю его губу, и у него вырывается стон.

Этого недостаточно, я хочу быть к нему ближе, мне это необходимо. Он разжимает руку и покрывает поцелуями мою линию подбородка и шею. Я трусь об него бедрами, и он хрипло произносит:

– Не говори, что я тебе не нравлюсь, Анастасия, когда я чувствую, какая ты влажная.

– Как была бы и твоя рука, если бы ты не сидел как столб.

Я близка к тому, чтобы перехватить инициативу, но сомневаюсь, что если займусь этим у него на коленях, это сделает нас друзьями. Нормального человека обеспокоило бы присутствие посторонних, но я могу орать, пока не разобьются стекла, и наши пьяные вдрызг друзья ничего не заметят. Дело даже не в их состоянии: по радио играет Cruel Summer Тейлор Свифт, и Крис врубил звук на полную громкость.

Здесь, сзади, мы находимся в нашем собственном мирке. Температура растет, воздух сгущается, напряжение выдавливает последний кислород из моих легких.

Даже не представляю, далеко ли до Мейпл-Хиллс или сколько минут прошло с тех пор, как я залезла в машину и сижу на коленях Нейта. Он раздвигает мои ноги и снова накрывает мой рот своим, на этот раз более властно. Его нос трется о мой.

– Ты можешь побыть хорошей девочкой и вести себя тихо?

Я киваю, надеясь наконец получить облегчение от его длинных и толстых пальцев, но он осторожно поглаживает набухший клитор, и я невольно фыркаю от раздражения.

– Я уже готова сделать это сама. Нейтан, скажи, если не знаешь, что делать.

Когда в прошлый раз имела неосторожность усомниться в его способности доставить удовольствие женщине, он доказал мне, что я жестоко ошибалась.

Нейт запускает свободную руку в мои волосы и тянет, чтобы я подняла голову. Он усиливает давление на клитор, по моему напряженному и неудовлетворенному телу прокатывается волна удовольствия, и в горле нарастает довольный стон.

Он убирает пальцы и надавливает ладонью, другой рукой крепче сжимая мои волосы.

– Однажды я трахну твой красивый ротик, чтобы ты не командовала, маленькая нетерпеливая негодница.

И опять накрывает мой рот своим, заглушая довольный стон, когда самым восхитительным образом просовывает в меня два пальца.

Зря я пообещала вести себя тихо.

Мне даже не надо ничего говорить, влажные звуки, с которыми Нейт двигает пальцами, вполне выдают то, что происходит. Но музыка по-прежнему орет, друзья не обращают на нас никакого внимания, и внутри нарастает знакомое обжигающее наслаждение.

– Ты такая классная, – шепчет он мне на ухо. – Такая влажная и тугая.

Мои бедра дергаются на его руке, с губ срываются бессвязные мольбы и стоны. Я пытаюсь сомкнуть колени, тело старается отстраниться от нарастающего внутри ощущения.

Он блокирует мои ноги своими, и я готова совсем потерять голову.

– Ты кончишь для меня? Кончай на моих пальцах, Анастасия. Покажи, как будет с моим членом внутри тебя.

Нейт отпускает мои волосы и зажимает мне рот, чтобы заглушить крики, когда меня сотрясает оргазм и я ору так, что едва не лопаются стекла.

Каждая моя клетка дрожит от удовольствия, которое растекается по всему телу. Мои глаза закатываются, спина выгибается дугой. Он продолжает двигать пальцами, пока не прекращаются спазмы и я не обвисаю на его груди безвольной удовлетворенной массой.

Нейт осторожно убирает пальцы и прижимает губы к моему вспотевшему лбу.

– Открой рот, – говорит он.

Я недоуменно смотрю на него и вижу в его глазах любопытный блеск.

Слишком довольная, чтобы спорить, открываю рот и жду. Он прижимает мокрые пальцы к моему языку, и я ощущаю пьянящий сладко-соленый вкус.

– Соси. Ты чертовски хороша на вкус, – шепчет он.

– Ней…

Музыка внезапно обрывается, и я застываю, вытаращив глаза, а Нейтан быстро убирает пальцы и колени, чтобы мне можно было сдвинуть ноги.