Читаем Когда отступит тьма полностью

Но рога были головным убором матери-земли, так как бык являлся одним из многих посвященных ей животных. Или, может, они поклонялись супругу матери с бычьей, как у Минотавра, головой. Так или иначе, их культ намного древнее сатаны, их обряды, совершаемые в заповедных рощах, сырых пещерах и лесных домах, представляли собой древние оргаистические ритуалы, совершаемые в честь Астарты в жарком Леванте.

Эрика такая же ведьма. Медея. Жрица богини, змея, нетопырь, собака, ночь, кровь роженицы и боль.

Он побоялся бы лишать Эрику жизни, если бы она сама — или бессмертная часть ее — не дала согласия. Богиня, возможно, не захочет, чтобы ее приспешница умерла, но мойра, властвующая над всем живым и божественным, потребовала этого.

Мать может вновь сделать попытку остановить его до рокового часа. Может посетить его еще раз в новом облике или послать кого-то из своих приспешников противиться необходимости. У этой блудницы множество уловок. Она храбро сражается и не любит оставаться побежденной.

Но ей не победить. Роберт чувствовал это. Он совершит жертвоприношение, искупит грехи, снимет с себя проклятие и будет освобожден.

Тогда он будет смеяться, глядя на луну, ее ночное прибежище. Будет.

Посмеиваясь, Роберт завершил омовение у колодца и поспешил в лачугу. Он знал, что они — Коннор или еще кто-то — вполне могут приехать хотя бы затем, чтобы сообщить об исчезновении Эрики. Нужно быть наготове.

Вдруг он остановился, улыбка, словно приклеенная к лицу, исчезла.

Дверь лачуги приоткрыта. Взломана, язычок замка расщепил косяк.

Дело рук полицейских? Коннор уже здесь? Коннор с его недоверчивым, неприязненным взглядом?

Выхватив револьвер охотницы, готовый к новой схватке, Роберт вошел в лачугу.

Но там никого не оказалось, и все, за исключением двери, было цело.

Он принялся внимательно оглядывать комнату, и взгляд его остановился на письменном столе возле окна, где незваный гость оставил визитную карточку.

То была карточка Эндрю Стаффорда с написанным на обороте номером его секретного телефона.

А бумаги, которые Роберт оставил на столе, исчезли.

С его стороны было неосторожностью оставлять эти записи на виду. Даже человек вроде Эндрю, с острым, хоть и ограниченным умом, должен был обнаружить содержавшуюся в них угрозу Эрике.

«Нам нужно поговорить», — написал Эндрю.

Он наверняка знает или догадывается, что Эрика находится в руках брата. И потому опасен.

Это очередной ход Матери или просто игра случая? Роберт не знал, и, в сущности, значения это не имело.

В любом случае ему нужно будет разделаться с Эндрю.

Поскорее.

До полуночи, когда Эрике предстоит умереть.

По пути обратно в Грейт-Холл Эндрю заехал в центр Барроу и остановился возле банка. Управляющий, разумеется, знал его.

— Здравствуйте, мистер Стаффорд, — подобострастно произнес этот грузный, лысый человек вкрадчивым голосом, когда Эндрю подошел к его столу.

— Привет, Генри.

— Мы предлагаем исключительно высокую ставку по нашим полуторагодичным сертификатам. Такой больше нигде не найдете.

— Мне сейчас не до этого. Очень занят. Собственно, я заехал сюда по пути взглянуть кое на что в своем стальном ящике.

Генри уже поднялся, стремясь угодить, как собака, посланная принести хозяйские шлепанцы.

— Сейчас принесу. Как миссис Стаффорд?

Разумеется, главный интерес для бедняги Генри представляет Эрика. Он приезжий из Филадельфии, а она из рода Гаррисонов, Гаррисоны здесь всегда были владыками.

— Замечательно, — мягким голосом ответил Эндрю, надеясь, что это правда.

— Передайте ей привет от меня.

— Непременно.

Эндрю наблюдал, как он зашел за стойку кассира и стал возиться с механизмами, отпирающими большой сейф. Задался вопросом, что подумает Генри об этом визите — какие подозрения возникнут у него — после того, как узнает, что Эрику искали уже несколько часов, когда он с уверенностью сказал, что у нее все замечательно.

Конечно же, управляющему покажется странным, что мистер Стаффорд занимался обыденным делом, когда его жена, возможно, находилась в смертельной опасности. И несомненно, у него возникнет вопрос, что в ящике потребовало его внимания при таких зловещих обстоятельствах.

Он не замедлит сообщить о своих подозрениях начальнику полиции, и Коннор опять явится в Грейт-Холл, на сей раз не столь дружелюбным.

Эндрю все это понимал и относился к такой перспективе с пренебрежительным равнодушием. К тому времени, когда появится Коннор, Эрика либо благополучно вернется, либо будет мертва. Если вернется, то солжет ради него, он в этом не сомневался, и ложь ее будет достаточно убедительна, чтобы Коннор уехал, не имея никаких улик.

А если мертва…

Эндрю потряс головой. Он не хотел об этом думать.

Сейф с шипением открылся, управляющий банком вошел в него и через несколько секунд появился со стальным ящиком.

— Спасибо, Генри.

— Не за что, мистер Стаффорд.

В укромной кабине, закрыв на засов дверь, Эндрю отпер сейф. Внутри толстой пачкой лежали юридические документы. Запустив руки поглубже, он нащупал на дне конверт.