Читаем Когда горит огонь полностью

Я правда думала, что на этот раз он решится. Мы были так близко, и его объятия казались такими естественными, но в отличие от меня он умеет себя сдерживать. По понятным причинам я не ожидала бурного лета с сексом, но никто не умрет, если мы разок поцелуемся.

Если он захочет перепихнуться у дерева, меня будет несложно уговорить.

Боже, надо было взять вибратор.

– У тебя такой вид, будто ты глубоко задумалась, – смеется Расс, оказываясь рядом со мной. – О чем же?

– Забыла вибратор.

Я застываю и благоразумно не смотрю на него. Это и не нужно, я и так знаю, что он покраснел до ушей.

– Я не собиралась говорить это вслух.

– Хочешь, я провожу тебя в домик? – спрашивает он, к счастью, игнорируя мою фразу. – Погода мерзкая.

– Нет, все хорошо, – мямлю я, глядя на потемневшее небо. – Я побуду здесь, пока все не улягутся.

– Не возражаешь, если я тоже останусь?

– Конечно, я вовсе не против.

* * *

В коттедже гром слышно гораздо громче, чем в кинозале, и я размышляю над предложением Ксандера. Разве нельзя подежурить ночью втроем?

Я пыталась слушать музыку в наушниках. Успокаивать себя медитацией. Отвлечься чтением, но погода настолько плоха, что меня не увлекли даже сексуальные миллиардеры с тематическим парком. Клянусь, при каждом раскате грома коттедж трясется. Я уже три раза отговаривала себя идти в домик Расса. Как в фильме, когда герой подходит к двери, берется за ручку, а потом драматически качает головой и отходит.

Ничего хорошего из этой встречи не выйдет, тем не менее идея не дает покоя. Расс не может утихомирить грозу, а мне нельзя в его домик, поэтому нет смысла выходить в темноту.

Если учесть мое везение, меня поразит молния, как только я выйду.

Я спорю сама с собой в четвертый раз, когда слышу стук в дверь. Каковы шансы, что Расс ведет такой же спор с самим собой? Когда же он, наконец, преодолеет эти последние дюймы и поцелует меня?

Открывая дверь, я понимаю, что шансы нулевые.

– Ого, ну и бардак тут у вас, – возмущается Дженна, заглядывая в дверной проем. При виде разбросанной на полу одежды она хмурится. – Как вы тут ходите?

– Чем могу помочь, мисс Мерфи? – ворчу я, даже не пытаясь скрыть разочарование от того, что заявилась она, а не высокий хоккеист с красивыми голубыми глазами и склонностью краснеть.

– Ого, а она сегодня ворчливая. Как я погляжу, до сих пор не справилась с боязнью грозы? – Дженна достает из сумки фонарик. – Это если вырубится свет.

Что, может пропасть электричество? Фантастика.

– Напомни, почему я решила работать на тебя, а не тусоваться на яхте или еще где-нибудь в классном месте?

– Потому что ты меня любишь, – с гордостью говорит Дженна. – Яхты – это, конечно, круто, но где еще ты найдешь такое место, где дожди вызывают наводнения? В Дубае такого не бывает.

– Мечтай, мечтай, Джен.

– Ты же знаешь, – усмехается она. – Ладно, ты мое последнее дело, а теперь я иду спать, потому что сегодня ночью не дежурю, а погода паршивая. Не нервничай, хорошо? К утру все стихнет.

Когда такой совет хоть кому-то помогал? Я забираюсь в постель и снова пытаюсь читать, но через пять минут сдаюсь. Впервые в жизни меня не увлекают любовные романы.

Наверное, для хронически одинокой девушки удивительнее то, что они ей вообще нравятся. Если подумать, парадоксально так верить в вымышленные хеппи-энды и никогда не представлять себе, как может выглядеть мой собственный.

Ко мне опять стучат. Открываю дверь и обнаруживаю на пороге Орлу. Теперь я точно знаю, что мироздание надо мной издевается. Я мысленно перебираю все, что могла натворить с самого приезда, чтобы привлечь ее внимание, но ничего не приходит в голову. Распутные мысли я себе позволяю, но в жизни веду себя примерно. Читать мысли Орла не может, поэтому понятия не имеет, как я тоскую, не добравшись даже до стадии поцелуев, как последняя неудачница.

– Привет, милая. Кажется, я не туда попала. – Она достает телефон, чтобы проверить сообщение. – Похоже, там протекает крыша, и мне нужно сделать снимок для ремонтной бригады. Клянусь, в положении пожилой леди нет никаких преимуществ. Приходится выходить под дождь и заниматься всякой ерундой.

Она просит подержать телефон, пока снимает очки и вытирает мокрые, запотевшие стекла воротничком блузки.

– Тут написано двадцать седьмой, а не двадцать второй. Двадцать седьмой коттедж рядом с главной лужайкой. Кажется, это напротив домика «Ежей».

Орла натягивает капюшон, забирает телефон и сует в карман.

– Спасибо, милая. Прости, что побеспокоила, крепких тебе снов.

Я смотрю в потолок, слушая, как дождь постепенно стихает. Пытаюсь заснуть, но тут гром грохочет прямо над моим чертовым домиком.

– Ладно, это последняя капля, – бормочу я, скатываясь с кровати и шаря в поисках кроссовок.

Включив свет, оглядываю наши с Эмилией вещи. Дженна права, тут полный бардак. Куда подевался мой дождевик?

Признав поражение, я натягиваю толстовку с эмблемой «Бурых медведей», которая в сочетании с такими же шортами выглядит так, будто я косплею. У Расса сегодня был такой же вид.

Наверное, это плохая идея.