И наконец…

Я не умею выпускать пар, как Джек. Вот почему нам с ним плохо вдвоем. Моя ярость переходит в несносную холодность, которая доводит его до ручки. Не знаю, почему я все время испытываю Джека. Это уже выходит за всякие рамки. Например, он говорит, что салат в “Коко” был вкусный. Я молчу – потому что он не добавил “но не такой вкусный, как твой”.

– Ты подстригла кусты в саду? – спрашивает он.

– С чего это ты вдруг интересуешься? – отвечаю я.

– Где хочешь поесть? – спрашивает он.

– Не знаю, – отвечаю я.

– Может, в “Диллманс”? – спрашивает он.

– Мы всегда идем туда, куда ты хочешь, – отвечаю я.

– По телевизору сегодня интересная передача, – говорит он.

– Да, я читала обзор, – отвечаю я.

– А что на ужин? – спрашивает он.

– Тебе понравится, – отвечаю я.

– Типичный твой ответ, – говорит он, и я весь вечер киплю от ярости.

Не знаю, сколько раз я себе уже твердила, что мое счастье – только в моих руках.

Джек оставил записку: “Очень надеюсь, что ты от меня уйдешь”. Я позвонила и сказала, что с удовольствием, как только он узнает, как это можно провернуть.

ДЕРЬМО. Как я зла. Меня никто не понимает, и я знаю, что лучше уже не станет. Когда я думаю о Джеке, внутри я вся словно подбираюсь. Я НЕ ХОЧУ жаловаться. Я НЕ БУДУ жаловаться. Но я ХОЧУ лучшей жизни. Это мое право и, как это ни смешно звучит, моя ответственность. Мне нужно что-то другое. Я всю жизнь провела, работая для своей семьи, и теперь мне нужны другие люди вокруг. Я не могу целый день одна слоняться по дому, я схожу с ума. После вчерашнего мне подумалось, что я бы предпочла убить себя, чем потерять разум.

От Дайан