Читаем Код возвращения полностью

Шляхтин даже зубами заскрипел. Он воевал, ходил под пулями, он убил несколько десятков человек и сам неоднократно мог быть убитым. В бедре у него сидел осколок мины, дома лежала медаль «За боевые заслуги». И у него нет ничего за душой. Он даже не сможет взять в руки черную бутылку коньяка «Мартель», стоимость которого составляет половину его месячной зарплаты. А откуда такое богатство у этого лощеного типа?

Вон перебирает бутылку за бутылкой. Как раз такие, черные, по несусветной, неприличной при российском прожиточном минимуме цене. Но ему не повезло, потому что Витя Шляхтин со своей «сайгой» установит справедливость в данном конкретном случае!

Обхватив рукой ветку и положив на нее для устойчивости ствол, Шляхтин поймал в прицел мокрую голову Стаховского и опустил палец на курок. Внизу возня в кустах усилилась, но Виктор не обращал на это внимания. Стаховский наконец сделал выбор и наливал из бутылки в пузатый бокал какую-то жидкость, цвет которой разобрать на таком расстоянии было нельзя. Он еще не знал, что не сможет ее выпить. И вообще никогда больше ничего не будет есть и пить. Да что там есть и пить — дышать не будет!

Витя выбрал свободный ход курка. Стаховский, сдвинув брови к переносице, что-то говорил, обращаясь к мужчине, расположившемуся на диване. Бокал он рассматривал на свет. В его боках играли блики от лучей висящей под потолком хрустальной люстры. «Сейчас содержимое бокала перемешается с твоими мозгами», — с ненавистью подумал Витя. Холодная ненависть помогает сделать хороший выстрел. Но никому не дано знать, что произойдет в следующую секунду. Наверняка знает это только господь бог. Человек может только предполагать.

Шляхтин плавно нажал на спуск, но в этот момент ветка под его рукой хрустнула и надломилась. Наверное, Всевышнему не понравилась идея о том, что справедливость на земле будет устанавливать Витя Шляхтин своим заскорузлым, хотя и чувствительным указательным пальцем. Снайпер — не судья, снайпер — только инструмент в чьих-то руках.

Ветка сломалась, и опирающийся на нее Витя Шляхтин лишился опоры и нырнул вперед. Карабин клюнул стволом, и тщательно выстроенная траектория полета смертоносной пули была бездарно нарушена.

Со звоном разлетелась стеклянная створка бара, и осколки посыпались к ногам Стаховского. Андрей удивленно повернул голову, не сразу поняв, что произошло. А вот телохранитель среагировал быстро и профессионально.

— Снайпер! — крикнул он, бросая пульт куда-то в угол. — На пол! Ложись на пол!

И, уже не дожидаясь самостоятельных действий Стаховского, как выпушенная под воздействием туго натянутой тетивы стрела, он ринулся под ноги боссу и сбил его на пол. Полагалось, конечно, накрыть тело охраняемой персоны своим собственным, но этого телохранитель не сделал. Самопожертвование за деньги, даже большие, невозможно, потому что собственная жизнь ценится гораздо дороже любых денег. Только высокая идея способна подтолкнуть к самопожертвованию, вот почему телохранители из официальных государственных структур гораздо надежнее частных охранников.

Но и того, что сделал для Стаховского его секьюрити, было в данной ситуации вполне достаточно, поскольку позволяло предотвратить опасность второго выстрела. Опешивший Стаховский поспешно отползал к выходу из гостиной.

Впрочем, опасаться второго выстрела не приходилось. Ибо на стороне Стаховского выступил кое-кто гораздо более могущественный, чем его охранник с окладом в полторы тысячи долларов.

Сломанная ветка лишила Витю опоры не на мгновение, а насовсем. И его нырок затянулся: он выронил карабин и полетел с десятиметровой высоты вниз, размахивая руками и переворачиваясь по инерции вниз головой. Он сумел сдержать крик ужаса и тем подтвердил силу своего характера. Но больше он не смог ничего сделать, потому что когда в действие вступает закон всемирного тяготения, то противостоять ему невозможно, в отличие от писаных человеческих законов, на которые все и повсеместно плюют.

— Жора! — орал тем временем в свой мобильник лежащий на полу телохранитель Стаховского. — Жора, у нас тут покушение! В босса стреляли! Снайпер! Нет, он жив… Все в порядке… Достань эту суку, он где-то неподалеку. Окружи все, прочеши местность, мочи всех подряд!

Карабин «сайга» с лязгом ударился о землю, подскочил и упал набок. В ту же секунду в твердую землю врезалось мягкое тело снайпера. Последней мыслью в угасающем сознании Вити Шляхтина была та, что роскошных автомобилей и шикарных девиц теперь, видимо, не добиться никогда.

— Ой, что это?! — Из кустов вылезли две длинноволосые полураздетые фигуры, в ужасе уставившиеся на изломанное тело в черной одежде.

Но им не удалось удовлетворить свое любопытство: из темноты выскочили мощные фигуры охранников, и на длинноволосых обрушился град ударов. Они жалобно кричали тонкими бесполыми голосами. Только через минуту Жора опомнился.

— Постойте, это не они. Видите, оба без штанов. Вот он, гад. Еще живой.

Жора перевернул ногой изломанное тело несостоявшегося киллера.

* * *