Читаем Код возвращения полностью

— Я сделаю, — жестко ответил Шляхтин, и Лютов понял, что не ошибся в своем выборе.

— Когда? — уточнил он.

— Сегодня и сделаю. Вечером.

— Ну ладно. Тогда иди. Удачи!

Витя повернулся через левое плечо и вышел из кабинета начальника. В душе он вовсе не чувствовал той уверенности, которую пытался демонстрировать. Сказать было легко. А вот сделать… Но отступать теперь нельзя.

В половине десятого вечера, когда небо уже полностью окрасилось в черный цвет и лишь немногочисленные одинокие звездочки сквозь бегущие облака слабо подсвечивали шелестящую рощу, Виктор выдвинулся на точку дислокации. На стареньком «Опеле», происхождение которого не смог бы установить и Интерпол, он въехал на территорию коттеджного поселка «Комфорт». Здесь еще шло строительство, внешнего ограждения и централизованной охраны пока не было.

Загнав машину в кусты, Шляхтин захватил из кабины рюкзак со снаряжением, затем извлек из багажника чехол с охотничьим карабином «сайга» — конверсионной переделкой знаменитого автомата «АК». Забросив оружие за спину, он бесшумным шагом двинулся к даче Стаховского. В черном комбинезоне, черной вязаной шапочке, которую при необходимости можно было раскатать на лицо, он быстро растворился в шелестящем ночном лесу.

Но это был цивилизованный лес. Ветер подхватывал с земли опавшие листья и швырял их на металлические корпуса припаркованных на дачных участках автомобилей. Недостроенные здания мрачно чернели голыми остовами.

Практически во всех готовых коттеджах горел свет: владельцы с гордостью обживали престижные апартаменты.

Витя представлял, как эти состоятельные люди проводят время: ужинают в кругу семьи, с друзьями или любовницами, играют в карты или компьютерные игры, смотрят фильмы в домашних кинотеатрах, плавают в бассейнах, обсуждают предстоящие или совершенные сделки, принимают массаж или отпускают минеты вышколенной прислуге, кое-кто просматривает газеты. И он, Витя, со своим карабином мог бы наделать здесь немалый переполох. Потому что способен попасть в головную мишень с трехсот метров, причем совершенно бесшумно.

Шляхтин хорошо ориентировался в лесу и без особого труда вышел к сосне, находящейся неподалеку от монументального дома Андрея Стаховского. Он надел на ноги специальные «кошки», а на руки — перчатки с «когтями», после чего ловко вскарабкался наверх и спрятался в ветках. Освободившись от лишнего снаряжения, он достал бинокль и включил инфракрасный режим.

В дачном лесу кипела незаметная постороннему взгляду жизнь. Внизу по тропинке прошла обнимающаяся на ходу парочка, и длинные волосы обоих сначала навели Шляхтина на мысль о все большем распространении среди молодежи лесбийской любви. Но затем, наведя фокус, обнаружил, что в данном случае он ошибся: просто длинноволосый паренек в кожаной куртке-косухе обнимал девушку с волосами такой же длины. Значит, в конкретном случае имела место разнополая любовь. Как и полагается.

Парочка скрылась в кустах почти прямо под сосной. По дороге прошел мужчина спортивного телосложения с заброшенной на плечо хозяйственной сумкой. Он торопился. Шляхтин отчетливо слышал звук его шагов.

Ни парочка, ни мужчина опасности не представляли, и Витя навел бинокль на виллу Стаховского. Во дворе он рассмотрел двух охранников, еще один сидел на ступеньках у входа в дом. Лютов был прав: непрофессионалы, они не думают о выстреле с длинной дистанции. Потом он перевел окуляры на широкие окна.

Богато обставленная гостиная. Самого Андрея Андреевича в гостиной не было. Двое мужчин сидели рядом на диване и смотрели на экране огромного телевизора какой-то кровавый боевик. Наверное, это охранники.

В кустах внизу началась какая-то возня.

— Ну, ты чего?! — раздался обиженный голос. — Давай снимай!

Другой голос что-то бубнил в ответ, но разобрать слов было нельзя.

Упершись спиной в ствол и обняв ветку, Витя расчехлил оружие, привинтил глушитель и вставил в пазы восьмикратный оптический прицел. Потом навел прицел на освещенное окно и припал глазом к окуляру. Картина в комнате заметно изменилась. На диване, где всего пару минут назад сидели двое, теперь находился только один мужчина. Он держал в руках пульт дистанционного управления, и голова его была повернута не в сторону тускло мерцающего экрана телевизора, а в направлении встроенного в стену бара.

У бара стоял Стаховский. Андрей Андреевич был в махровом домашнем халате, подпоясанном в районе талии, на ногах черные сланцы. Мокрые волосы Стаховского зализаны назад, будто смазанные бриолином по давней советской моде. На раскрасневшемся лице играла расслабленная довольная улыбка. Очевидно, что он только что с огромным для себя удовольствием принял горячую ванну, а теперь намеревался выпить какого-то хорошего спиртного. Витя не знал, какие именно напитки пьют такие люди, но подозревал, что нечто запредельное по цене — несколько тысяч за бутылку…