Читаем Код войны полностью

После того как разведывательному управлению стало известно, что испытания «Хамелеона» будут проводиться в Ливии, за аэропортами на территориях, относящихся к ПНС, велось постоянное аэро- и космическое наблюдение. Вскоре стало известно и о грузовом самолете, принадлежавшем США, который приземлился в Мисрате. Дальнейшие разведданные подтвердили, что из самолета был выгружен некий груз, который был закрыт от посторонних взглядов специальным защитным чехлом. Но, судя по конфигурации и размерам груза, выдвигалось обоснованное предположение, что на ливийскую землю прибыло именно то, что ожидали российские разведчики — новый танк «Хамелеон».

После этого сообщения перед группой Кречета встала задача — отследить передвижение груза и узнать, в какое место в пустыне он будет переправлен для дальнейшего испытания. Сотников занялся поиском с помощью привычных в его работе радиотехнических средств. Спецназовцы под командованием Кречета, взаимодействуя с ливийской разведкой, искали место предполагаемого испытания танка с помощью БПЛА и сведений, добываемых от местных жителей. И только Антон Веселов чувствовал себя в эти дни никому не нужным и потерянным в песках ливийской пустыни странником.

Еще будучи в Москве и ожидая вылета в Ливию, он, по данному ему генералом Теньковым заданию, подробно изучил биографии и методы работы всех программистов, участвовавших в работе над «Хамелеоном». Генерал Теньков не ошибся в выборе кандидатуры Антона Веселова. Чиж быстро выяснил все нюансы и подробности тех методов и приемов, которые использовали в своей работе Райт и Трок. Ничего нового они, собственно говоря, не придумали ни в реверс-инжиниринге, ни в криптографии, ни в SoftICE — отладчике режима ядра, ни в других необходимых для работы с новыми программами инструментах. Все эти профессиональные заморочки были известны и Антону.

С разработками же Фуре пришлось повозиться. Этот гениальный молодой француз придумал довольно-таки необычный шифр-алгоритм для защиты своих разработок. Но, не поспав одну ночь и воспользовавшись помощью «Моргана», Антон все-таки получил ключ к этой программе и вошел в нее. Еще некоторое время ему понадобилось для изучения самой программы ИИ, которую Жак Фуре назвал «Ойселет», что по-французски означало «птичка». Антон из сведений, полученных от Тенькова, знал, что Фуре практически не участвовал в разработке программы «Хамелеона». Ею занимался Люк Хендерсон.

Хендерсон же оказался для Антона темной лошадкой. О нем практически ничего не удалось узнать, кроме того, что тот участвовал в двух самых продвинутых проектах «Технологий iMobDev» и был одним из самых востребованных специалистов этой организации.

Даже созданная Антоном программа ИИ не помогла ему в поисках информации на Хендерсона. «Моргана», который находился у Антона в отдельном девайсе, что делало его удобным для переноски и использования, он по совету, а вернее, команде Сотникова забрал с собой в Москву. По всей видимости, куратор Антона рассказал о талантливом Чиже и о его изобретении своему начальству, и было решено использовать, а вернее, испытать «Моргана» в серьезном деле. Этим и объяснял сам себе Антон тот факт, что именно его привлекли к этой секретной операции в Ливии.

Теперь же, когда Антон, дожидаясь своей части работы, бездельничал, он решил попробовать поискать с помощью своего ИИ новые данные на это новое американское оружие. Он здраво рассудил, что теперь, когда «Хамелеона» доставили на место его полевого испытания, его программу могут включить для предварительной проверки уже тут, в Ливии. А если это так, то у Антона будет шанс засечь устройство, которое задействуют для запуска этой программы. Правда, поисками такого сигнала сейчас уже занимается Сотников, но вдруг Антону повезет и он первым обнаружит след «Хамелеона»! Каким бы этот след ни был.

Антон, вдохновленный своей идеей, прошел в комнату, которую он делил с Хохмачом и Лютым, и открыл ноутбук с «Морганом» (впрочем, это имя можно было бы употреблять и без кавычек — настолько Антон сроднился с программой).

— Привет, друг, — поздоровался он с программой обычным приветствием, которое было к тому же еще и дополнительным голосовым паролем, включающим работу программы.

— Привет, друг, — ответил Морган голосом самого Чижа, потому что именно свою голосовую запись использовал Антон, когда создавал программу.

Это был еще один способ защиты от взлома — общаться с Морганом мог только его создатель. Если голос не распознавался программой, она не «просыпалась» и оставалась в режиме «вне доступа».

— Расскажи мне о своем нынешнем состоянии, — попросил Антон, имея в виду режим загрузки.

Через несколько секунд Морган ответил:

— Загрузка завершена на сто процентов.

— Отлично, — одобрительно заметил Антон. — Войди в почту главы Управления перспективных исследовательских проектов, — попросил он.