Читаем Код Маннергейма полностью

Пока калилось масло, Николай нарезал кубиками кусок свиной шеи и порубил несколько хранившихся в морозильной камере бараньих ребрышек — для любителей погрызть, да и с костями — вкуснее, и нарезал полукольцами лук. Убедившись по легкому дымку, появившемуся над казаном, что масло уже перекалилось, сложил туда лук — пусть пожарится до золотистого оттенка. Пропорции необходимого набора продуктов очень просты. Идеальны для плова равные доли мяса, лука, моркови и риса. Ну вот — лук и готов. Достав его шумовкой, вновь раскалил масло и на большом огне стал обжаривать мясо — лучше делать это небольшими порциями, чтобы оно не успело дать сок, а покрылось аккуратной коричневой корочкой. Пока обжаривалось мясо, он выбрал три крупные головки чеснока — чистить не надо, лишь стряхнуть шелуху — и занялся морковью. Поскоблив ножом оранжевые нарядные и сочные морковины, настрогал их тонкими полосками на горизонтальной терке. Правильнее, конечно, нарезать ножом, но уж больно долгая это процедура, на терке значительно быстрее — главное, не увлекаться и беречь пальцы от острых стальных резаков. К тому моменту, когда нашинкованная морковь заполнила миску аккуратной оранжевой горкой, все мясо уже обжарилось. Теперь его вместе с луком нужно вновь загрузить в казан и добавить приготовленные головки чеснока. Именно в этот момент предстояло создать вкус будущего плова — добавить специи и соль. Посолил Николай осторожно — потом можно добавить или при закладке чуть больше посолить рис. Теперь перец — сначала красный, лучше — отламывая кусочки от засушенного стручка, потом молотый черный — и попробовать, помня, что в результате — будет острее. И наконец, главная специя — зира или кумин — его темно-коричневые игольчатые зернышки сообщали плову непередаваемый азиатский тонкий привкус и аромат. Зиры должно быть много — на семилитровый казан Николай добавлял не меньше пяти граммов, или половину маленького пластикового пакетика от рыночных торговцев. Немного молотого кориандра — ему нравился чуть сладковатый вкус семян растения, больше известного как кинза. Можно, если есть, добавить сушеные ягоды барбариса. Со специями покончено — Николай долил в казан кипятка, так, чтобы вода не выступала поверх мяса, а потом аккуратно закрыл булькающее ароматное варево слоем моркови и убавил огонь — перемешивать плов теперь уже нельзя, пусть неторопливо варится — не меньше получаса. Пришла пора риса — слив воду, Николай слегка посолил влажные зерна и добавил куркумы — этот желтый порошок, известный еще как индийский шафран, придаст готовому рису нарядную окраску. «Жаль, нет айвы, — вздохнул он, — с ней аромат плова просто убийственным получается».

Уложенные поверх риса желтые ломтики терпкого кисло-сладкого вкуса создают замечательный контраст острому мясу. Заменить ее нечем — яблоки, даже самые крепкие, развариваются, превращаясь в неаппетитное месиво, но можно добавить изюм — лучше, чтобы он был покислее. Ну вот, зирвак — мясо с луком и морковью — уже готов. Перемешав рис с горстью светлого сушеного винограда, Николай выложил все это в казан поверх уже обмякшей моркови и разровнял верхний слой. Теперь нужно аккуратно, по стенкам казана или установив в центре блюдце, налить горячую воду, так, чтобы она не размывала плов. Важно, чтобы вода стояла над рисом — слой должен быть не меньше двух сантиметров, но больше — тоже не надо, иначе замучаешься потом выпаривать. Николай облегченно вздохнул — теперь все в воле Аллаха, и если Всевышний будет милостив, то получится плов, вкус которого запоминается надолго. А пока на плите творится кулинарное таинство — можно перекурить.

Голова продолжала болеть, и он справедливо решил, что рюмка холодной водки ей уж точно не повредит. Открыл банку домашних маринованных огурчиков — кстати, маринованные овощи — прекрасный гарнир к плову — и «немедленно выпил», как незабвенный Венечка Ерофеев, добирающийся из Москвы в Петушки.

Набив трубку и с наслаждением затянувшись, он щурился, разглядывая залитую солнцем улицу и разомлевших прохожих — для питерцев двадцать с лишним градусов — уже невыносимая жара.

Кто он, этот «охотник»?

Николай понимал, что тот бродит где-то совсем рядом — иначе, откуда такая информированность?

Итак, первое событие в цепочке — убийство Хейно Раппала, неожиданно обретенного и сразу потерянного Анькой деда. Из Финляндии Анна вернулась в обществе трех спутников — литовца-корабела Стасиса, Профессора и Доктора. Все они в момент убийства были на рыболовной базе.

Профессора можно сразу вычеркнуть — Николай знал его не первый год.

Остаются двое. Доктора после встречи на заливе Николай не видел, вроде бы он работает в Военно-медицинской академии и помог устроить туда Димку Воскобойникова. Надо будет расспросить о нем Профессора, с которым они приятельствуют.