Читаем Код любви полностью

– Да, Гленда, с тобой я другой, – голос Мо риса щекочет мне ухо, как теплый ветерок. – Я столько беру от тебя как из неиссякаемого источника, но ты очень сильная, и остается даже больше, чем я забираю.

Я перевернулась на живот и засмеялась, глядя на мужа. Волосы растрепаны, рот приоткрыт, и немного торчат ослепительно белые клыки. Он нежится, как его кот у горящего камина.

– Давай не будем считать, кто сколько дает. С тобой я наполнена счастьем, словно воздушный шарик, – вот-вот взлечу. Только Рея не хватает. Пойдем позвоним ему. Я разговариваю с родителями каждый день. Они очень волнуются, и мама все силы прилагает, чтобы удержать твоего сына, который рвется к тебе на помощь. Что это у тебя за пятно на животе?

– Хьюго Ханпер решил продемонстрировать навыки морского десантника.

Я даже привстала:

– Он хотел справиться с тобой физически? Глупец!

– Терпеть не могу махать руками и ногами! Никогда не опущусь до кулачного боя.

На лице Мориса мелькнуло презрение. Конечно, вашей светлости больше подойдет шпага! Банальная драка – удел плебеев.

– Ты права, в моих жилах все еще течет дворянская кровь, и я об этом никогда не забываю. Одевайся, мы ведь хотели позвонить Реймонду, надо сказать ему, что совсем скоро мы снова будем вместе. Сегодня мне еще необходимо съездить к Осмонду. Научи-ка меня врать, Гленда!

Еще издалека заметила машину шерифа возле нашего дома. Морис насмешливо фыркнул, но не прибавил шагу даже тогда, когда Осмонд, подбоченясь, вышел навстречу из придорожных зарослей. Вместе с ним двое полицейских, и один из них… Неужели вампир? Ну, так оно и есть, почтительно склоняет голову перед Мастером. Вежливо здоровается со мной. А шериф-то, кажется, взбешен, и опять ни здрасьте тебе, ни до свидания.

– Что, вернулся, Балантен? Чем порадуешь? Упустил? Так я и думал! Ведь говорил же, собери команду! А ты все: с-а-а-м! И что прикажешь говорить теперь родственникам этих девочек, что в полиции служат растяпы, извините, мол, облажались? – Морис отсутствующим взглядом смотрит куда угодно, только не на шефа и, конечно, не слушает его. А шериф, брызгая слюной, продолжает: – Вот сам и будешь объясняться, и перед главой департамента тоже. Благодаря твоей чертовой самоуверенности, я в полном дерьме! Вот вы у меня где сидите! – Осмонд резанул себя ребром ладони по горлу, собирался прибавить к этому пару крепких словечек, но, взглянув на меня, смолчал. – А как объяснять другие четырнадцать убийств? Я же не кретин, чтобы разглагольствовать о каких-то вампирах и оборотнях. Гори они огнем! С меня за такой рапорт башку снесут! Ты меня слышишь, Балантен?

Морис явно пропустил мимо ушей весь монолог и, лишь пожав плечами, серьезно ответил:

– Я искренне сочувствую и пострадавшим, и их родственникам. Я сделал все, что обязан был сделать. А этими двумя пусть занимаются теперь другие ведомства.

Черти в аду, – промелькнуло у меня в голове, а полицейский-вампир понимающе усмехнулся, но тут же понурил голову под взглядом Мастера.

– И это все, что ты можешь сказать? – шериф смачно сплюнул. – Так ты нашел их или нет, я так и не понял? – Морис только кивнул. – Чтобы завтра утром твой отчет лежал у меня на столе.

Развернувшись, он гаркнул на свой эскорт, забрался в машину, и та, рванув с места, скрылась за поворотом.

– Дорогой, – я погладила мужа по руке, – хочешь, я напишу отчет за тебя?

Он только потерся носом о мою щеку:

– Ложь на бумаге – это не ложь вовсе.

Мы пошли в бар. Кусок мяса с жареным картофелем был сейчас как нельзя кстати. Пока я поглощала свой обед, Морис позвонил Рею, долго разговаривал с ним, а я наблюдала за тем, как меняется его лицо. Разгладилась глубокая складка на лбу, засияла мягкая улыбка, глаза подобрели. Наспех доев, вырвала у мужа трубку, чтобы послушать нежное щебетание своего малыша.

Скорее бы все это закончилось, и мы все вместе поехали бы в Нью-Йорк. Написание моего нового романа, несмотря ни на что, близится к концу. Урывками все же удается писать по нескольку страниц кряду. Долли будет рыдать и весь читающий мир вместе с нею.

Ночь прошла спокойно, и следующие сутки не предвещали никаких неожиданностей. Но на то они и неожиданности, чтобы обрушиться внезапно. А я как на зло проспала свое дежурство.

Первый выстрел раздался сразу после рассвета. Я подпрыгнула, а Морис резко сел в постели, зверски оскалившись, и устрашающе зашипел. Одевшись в считанные секунды, он выхватил из стенного шкафа ружье и скрылся за дверью. На ходу натягивая джемпер, я выбежала следом. Яростная перестрелка уже слышна повсюду. За деревьями поднимался дым, уже что-то горело. Закрывая голову руками, выглянула из-за живой изгороди. Четыре грузовика стоят посреди дороги, это значит, приехало человек пятьдесят, не меньше. В зелени мелькали чьи-то фигуры. Истошные, душераздирающие крики раздались через дорогу напротив. Это же дом Аманды?