Читаем Код любви полностью

На пороге стоял Морис в черных узких брюках с широким поясом, заправленных в короткие сапоги на каблуках и в свободной белой рубашке с высокими манжетами и завязками спереди, половина которых свободно болталась, открывая грудь.

Майкл вздрогнул от неожиданности: внезапное появление хозяина впечатлило его не меньше самого дома. Он резко развернулся, как-то уж очень нервозно подошел к Балантену, протянул руку для пожатия и представился. Взгляд Мориса был красноречивее любых слов, а руки он не подал. Надо же, как быстро Майкл опомнился!

– Чтобы расплатиться, вам не хватит и десятилетней зарплаты копа, – он вернулся обратно, сел в кресло и закурил, но пальцы его все же вздрагивали. Затянувшись, он пробурчал себе под нос:

– Ни дать ни взять – наследный принц в изгнании. А ты еще говорила, что это у меня чрезмерные амбиции.

Последние слова предназначались уже мне.

– В таком случае, – бесстрастно продолжал Морис, – я хотел бы воспользоваться вашим визитом и просить написать отказ от ребенка. Я хочу его усыновить.

Вот это да, Морис, с каждым разом ты удивляешь меня все больше и больше! Майкл же встал, потушил сигарету и приосанился:

– Я не собираюсь отказываться от сына и намереваюсь в дальнейшем заниматься его воспитанием.

Нет, боюсь, этот разговор сегодня ни к чему хорошему не приведет. Майкл и так на взводе. Но Морис, похоже, так не думал:

– Если я правильно вас понял, вы говорите о ребенке, который даже не носит ваше имя? Довольно странное заявление.

– Как вы смеете! – взорвался Майкл. – Вас не касаются наши отношения с Глендой! Все, что требуется, мы уже выяснили. А мой сын останется моим сыном, и я способен дать ему больше, чем вы.

Вот тут, Майкл, ты ошибаешься! Лучшего отца для Рея, чем Морис, я не представляю. И вам сейчас лучше друг друга не злить. Впрочем, я заранее знаю, на чьей стороне будет выигрыш. Но тревожно наблюдать за ними обоими.

Морис уже успел переместиться в середину зала и стоит теперь, грациозно облокотившись на каминную плиту. Лицо его, как всегда, кажется невозмутимым, даже как будто равнодушным. Глаза угольно-черные, совсем матовые, ничего не выражающие. И только я вижу легкую иронию на губах. Морис смотрит на беснующегося Майкла сверху вниз, как на неистово жужжащую муху, угодившую в паутину. Я уже представляю: одно лишь легкое движение ресниц, и мистер Локридж может быть прижат к полу и размазан, как комок грязи, но Мастер, кажется, даже не слушает, он просто ждет, когда закончится этот поток глупых излияний. По всей вероятности, и Майкл наконец что-то почувствовал, потому что замолк, все еще разгневанно глядя на Мориса. А у того вдруг глаза вспыхнули на какой-то едва уловимый миг, и красноречивого оратора отшатнуло. Гнев на лице Майкла мгновенно сменился испугом, а затем так же резко – недоумением. Целая гамма эмоций, как на ускоренной пленке: от животного ужаса до безвольной обреченности. Зато тело его находилось в каком-то подобии оцепенения, оно как будто закостенело. Мне даже стало его немного жаль. Непостижимую силу взгляда вампира я однажды имела несчастье испытать на себе, но тогда меня пытались лишь слегка напугать. А нынче невозможно представить, что проделывал с ним Мастер, стоявший, кстати говоря, даже не меняя позы. Только глаза то загорались бесноватым огнем, то вновь темнели до непроницаемости туманно-матового стекла. Так продолжалось минут пять, не больше, пока Майкл не обмяк, рухнув на подкосившихся ногах в само по себе придвинувшееся к нему кресло. Впечатление, надо признаться, жуткое.

Неподвижной тенью в дверях вырос Сах. Малыш Рей выглядывает из-за ноги гиганта с выпученными от удивления глазами. Он вовсе не напуган, детское любопытство оказалось сильнее страха, но на всякий случай прячется за гладиатором. Напряжение повисло в комнате, воздух наэлектризован, как во время грозы, затылок ломит так, что в глазах темно. Ловлю себя на мысли, что сижу, вцепившись в подлокотники кресла с диким остервенением, даже пальцы побелели. Не удивительно, что сыну тоже не по себе. Но наваждение рассеялось так же быстро и незаметно, как и появилось.

– Что прикажете, Мастер? – прошуршал голос Саха.

– Мистер уже уходит, проводи его до машины. Только не переусердствуй, я его изрядно подвыжал.

При слове «Мастер» Майкла передернуло, он встал и послушно, как марионетка, направился к выходу. «Великий кукольник» больше даже не взглянул на него.

Реймонд протарабанил: «До свидания, мистер Локридж!», сорвался с места и с разбегу запрыгнул папе Балантену на руки, обхватив обеими руками за шею и присасываясь к его губам, будто большая пиявка. Доля секунды, и Морис, перехватив малыша, играючи покусывает его, радостно визжащего, за попу. Я зачем-то иду следом за Майклом.

– И не сочтите за труд к моему приезду подготовить все документы по усыновлению, – как бы между прочим замечает Морис вдогонку и вдруг начинает хохотать.

Оглянувшись через плечо, вижу, как Рей довольно больно кусает его за ляжку. Началась возня.