Читаем Код да Винчи полностью

Код да Винчи

courtyard outside the Temple Church. The rough-hewn stone shimmered in the rain, and doves cooed in the architecture overhead.	привела их в маленький двор перед церковью Темпла. Деревянная крыша блестела от дождя, где-то наверху ворковали голуби.
London's ancient Temple Church was constructed entirely of Caen stone. A dramatic, circular edifice with a daunting facade, a central turret, and a protruding nave off one side, the church looked more like a military stronghold than a place of worship. Consecrated on the tenth of February in 1185 by Heraclius, Patriarch of Jerusalem, the Temple Church survived eight centuries of political turmoil, the Great Fire of London, and the First World War, only to be heavily damaged by Luftwaffe incendiary bombs in 1940. After the war, it was restored to its original, stark grandeur.	Одна из древнейших церквей Лондона была сложена из кайенского камня. Низенькая, круглой формы, с выступающим с одной стороны нефом, она походила скорее на крепость или военный форпост, нежели на место, где поклоняются Богу. Освященная 10 февраля 1185 года Гераклием, патриархом Иерусалимским, церковь Темпла благополучно пережила восемь веков политических баталий, выстояла во время великого лондонского пожара и Первой мировой войны, но сильно пострадала от бомб, сбрасываемых люфтваффе в 1940-м. После войны была восстановлена полностью.
The simplicity of the circle, Langdon thought, admiring the building for the first time. The architecture was coarse and simple, more reminiscent of Rome's rugged Castel Sant'Angelo than the refined Pantheon. The boxy annex jutting out to the right was an unfortunate eyesore, although it did little to shroud the original pagan shape of the primary structure.	Простота круга, подумал Лэнгдон, любуясь зданием, которое видел впервые. Архитектура проста, даже примитивна, без всяких изысков, и сооружение напоминает скорее римский замок Сант-Анджело, нежели изысканный пантеон. И выступающая по правую руку "коробка" нефа просто мозолит глаза, хотя и не скрывает изначальной языческой формы сооружения.
"It's early on a Saturday," Teabing said, hobbling toward the entrance, "so I'm assuming we won't have services to deal with."	— Для субботней службы еще слишком рано, — заметил Тибинг и заковылял к входу. — Так что, думаю, нам никто не помешает.
The church's entryway was a recessed stone niche inside which stood a large wooden door. To the left of the door, looking entirely out of place, hung a bulletin board covered with concert schedules and religious service announcements.	Вход в церковь представлял собой каменную нишу, в которой виднелась массивная деревянная дверь. Слева от нее висела казавшаяся здесь совершенно неуместной доска объявлений с расписанием концертов и церковных служб.
Teabing frowned as he read the board. "They don't open to sightseers for another couple of hours." He moved to the door and tried it. The door didn't budge. Putting his ear to the wood, he listened. After a moment, he pulled back, a scheming look on his face as he pointed to the bulletin board. "Robert, check the service schedule, will you? Who is presiding this week?"	Тибинг нахмурился:— Откроется для посетителей не раньше чем через два часа. — Он подошел к двери и подергал ручку. Дверь не поддавалась. Тогда, приложив ухо к деревянной обшивке, он прислушался. Потом отошел с хитроватой ухмылкой на лице и, указав на доску объявлений, сказал: — А ну-ка, Роберт, будьте так любезны, посмотрите, кто тут проводит службы на этой неделе?
Inside the church, an altar boy was almost finished vacuuming the communion kneelers when he heard a knocking on the sanctuary door. He ignored it. Father Harvey Knowles had his own keys and was not due for another couple of hours. The knocking was probably a curious tourist or indigent. The altar boy kept vacuuming, but the knocking continued. Can't you read? The sign on the door clearly stated that the church did not open until nine-thirty on Saturday. The altar boy remained with his chores.	Мальчик-служка уже почти закончил пылесосить пол, когда в дверь церкви постучали. Он не стал обращать внимания на этот стук. У отца Харви Ноулза были свои ключи, утренняя служба должна была начаться не раньше чем через два часа. Наверное, какой-то любопытный турист или нищий.
Suddenly, the knocking turned to a forceful banging, as if someone were hitting the door with a metal rod. The young man switched off his vacuum cleaner and marched angrily toward the door. Unlatching it from within, he swung it open. Three people stood in the entryway. Tourists, he grumbled. "We open at nine-thirty."	Но тут стук из тихого перерос просто в громовой, дверь содрогалась, точно кто-то бил по ней металлической палкой. Юноша выключил пылесос и, сердито хмурясь, направился к двери. Снял задвижку, и дверь тотчас же распахнулась. На пороге стояли трое.— Так и есть, туристы, — тихо проворчал он. — Мы открываемся только в девять тридцать.
The heavyset man, apparently the leader, stepped forward using metal crutches. "I am Sir Leigh Teabing," he said, his accent a highbrow, Saxonesque British. "As you are no	Вперед выступил пожилой мужчина на костылях, по всей видимости, лидер странной группы.— Я сэр Лью Тибинг, — представился он по-