Читаем Код Д'Аринчи полностью

Но бежать уже не было смысла, охранники окружили Талиса. Вавин командным голосом приказал охранникам вести его в башню. Когда Филька услышал про башню, ему стало плохо и он побежал вслед за охранниками, ведущими Талиса. Филька спотыкался и причитал:

– Что ж это такое делается? За что это вас в башню запирают? Ох, недаром мне сегодня плохой сон снился… Это что ж теперь будет? И за что это Вам наказание такое?

Талис отвечал спокойно:

– Филька, может быть, всё уладится. Ты смотри за хозяйством. Пока меня не будет, деньги, что в запасе, не промотай.

Филька накинул связку баранок на шею Талиса, перекрестил своего хозяина и прошептал:

– Да хранит вас Господь.

– Иди домой, Филька.

И Филька пошёл домой, бурча и прчитая себе что-то под нос. Когда Талиса привели к башне, её начальник узнал охранников Вавина и спросил их, указывая на Талиса:

– А этого, за что ведёте?

– Приказ Вавина.

– А где приказ?

– Как всегда – потом.

– Украл чего, что ли?

– Да нет, слуга болтливый оказался.

– Так пусть бы слугу и сажали.

– Разве со слуги возьмёшь что-нибудь?

Так и заперли Талиса в башне.

––

Солнце шло к закату, птицы отдохнули после долгого, тяжёлого перелёта и стали петь свои песни. Это были песни о любви. Пришло её время. Им никто не мешал летать парами в своей долине.

––

Мила, Няня и Батюшка сидели за столом в просторной гостиной и пили чай. Мила рассказывала Батюшке, как они сходили на базар, что она видела и чему удивлялась, что слышала и что запомнила – в общем, делилась впечатлениями. Батюшка слушал Милу и только улыбался. Он знал, что она совсем не такая как он. В ней нет усидчивости, нет способности к наукам, грамоте. На мир она смотрит добрыми наивными глазами. И конечно беспокоился, как она, такая эмоциональная, впечатлительная, будет жить дальше. А может именно эта детская непосредственность, человеческие сердечные чувства, её голос, станут тем единственным необходимым условием для свершения. Отец посмотрел на Няню, та понимала, что для Милы она- душехранитель.

Было совсем темно, когда к ним в дом постучались. Няня пошла к воротам и открыла их, послышалось топонье копыт и тревожный голос человека. Судя по всему, он был взволнован и очень спешил. Быстро поднялся в комнату, где сидели Мила и Батюшка. Это был гонец из соседнего города.

– Беда, – сказал гонец, обращаясь к Батюшке, – брата вашего убили, дом ограбили, в городе нашем совсем порядку нет.

Все замолчали. Батюшка стараясь скрыть слёзы и сохранять спокойствие, сказал гонцу:

– Садись, отдохни. Сейчас велю седлать лошадей. Но у него дрогнуло сердце: неужели Книгу украли?

Батюшка наспех давал всем указания, потом подошёл к Миле и стал говорить только для неё:

– Теперь ты, Милания, будешь здесь за меня. В твоей власти не только дом, но и Мои дела. Береги Книгу, читай её, в ней знания важные. В нынешнее время народ собирается нечасто, стали жить по-новому, по-городскому, но мы должны служить заповедям отцов всегда. Теперь ты в ответе за всё, что здесь будет происходить. Не думал я, что вот так наспех придётся давать тебе наставления и без помощи тебя оставлять. Милания, дочь моя, тебе нужно измениться, стать другой. Я оставлю тебе своего писаря, Никодима, он хорошо знает своё дело.

Послышался топот копыт, и гонец позвал Батюшку. Лошади были уже готовы, и он направился к воротам. Мила побежала проститься, но на крыльце остановилась. От волнения не знала, что сказать ему. Растерялась и заплакала.

––

Этим же вечером в башню к Талису пришёл сам Вавин и начал разговор:

– Ну что, Талис, будешь возвращать мне деньги за муку?

– Почему я должен это делать? Неужели я продал тебе плохую муку?

– У тебя нет выбора.

– Я платить тебе не буду.

– Посмотрим. Передумаешь – позовёшь.

Вавин ушёл, а Талис раскрыл Книгу и стал её изучать.

––