Йошима убрал первую серию рентгеновских снимков и выложил новую. На светящейся поверхности просмотрового стола стали видны кости кисти и фаланги пальцев — столбики, похожие на тонкие стебельки бамбука. Маура стянула перчатки, подошла к просмотровому столу и впилась взглядом в изображения. Хотя она не сказала ни слова, по ее молчанию Риццоли поняла — здесь явно что-то не так.

Маура повернулась к Джейн.

— Вы полностью обыскали дом убитой?

— Да, конечно.

— Все углы? Каждый шкаф, каждый ящик?

— Там почти ничего не было. Она ведь въехала туда несколько месяцев назад.

— И в холодильнике смотрели? В морозилке?

— Криминалисты залезали и туда. А что?

— Подойди-ка взгляни вот на этот снимок.

Джейн сняла запачканные перчатки, подошла к просмотровому столу и глянула на снимки. Но не увидела ничего такого, что могло объяснить внезапную настороженность Мауры, — ничего такого, что не соответствовало бы тому, что она видела на столе.

— На что мне нужно смотреть?

— Видишь вот это изображение кисти? Эти маленькие косточки, вот здесь, называются запястными. Они образуют основание кисти перед разветвлением фаланг пальцев.

Маура взяла руку Джейн и перевернула вверх ладонью, где остался шрам, который теперь всегда будет напоминать ей, Джейн, о том, что сделал с нею другой убийца. След насилия, оставленный на ее руке Уорреном Хойтом. Но Маура ничего не сказала по поводу шрама — вместо этого она указала на мясистое основание ладони Джейн, возле запястья.

— Здесь расположены кости запястья. На снимке они выглядят как восемь камушков. Эти маленькие костяшки скреплены связками, мышцами и соединительными тканями. Они-то и придают рукам гибкость и позволяют им выполнять самую разную работу — и лепить, и играть на пианино.

— Так-так. Ну и что?

— Вот эта костяшка, в первом ряду… — Маура показала на снимке ближайшую к запястью кость —…она называется ладьевидной. Под нею, как видишь, находится сустав, и здесь, на снимке, отчетливо виден осколок другой кости. Это часть шиловидного отростка. Вместе с кистью убийца отсек и часть кости верхней конечности.

— Я все равно пока ничего не понимаю.

— А теперь взгляни на снимок культи верхней конечности. — Маура показала на другую пленку. — Это периферические окончания двух костей предплечья. Тонкая кость — локтевая, внутренний мыщелок плечевой кости. А толстая, со стороны большого пальца кисти, — лучевая. Ну а это — шиловидный отросток, о котором я говорила вначале. Понимаешь, о чем я?

Джейн нахмурилась.

— Целехонькая. На этом снимке культи кость видна вся целиком.

— Верно. Не просто целая, но и соединенная с концом другой кости. С шиловидным отростком.

Внезапно Джейн почувствовала, что в этом ледяном помещении у нее окоченело лицо.

— О боже, — тихо проговорила она. — Кажется, дело совсем плохо.

— Да, плохо.

Повернувшись, Джейн снова подошла к столу. И посмотрела на отчлененную кисть руки, лежавшую рядом с культей верхней конечности, с которой, как она думала — вернее, они все думали, — та когда-то была соединена.

— Поверхности разреза не совпадают, — заметила Маура. — Да и на снимке это отчетливо видно.

— Вы хотите сказать — это не ее рука? — спросил Фрост.

— Чтобы это доказать, нужен анализ ДНК. Хотя доказательство, по-моему, налицо, — сказала Маура и, взглянув на Джейн, прибавила: — Есть еще одна жертва, но вы ее пока не нашли. У нас есть ее левая рука.

7

15 июля, среда. Фаза Луны: новолуние.

Вот обычаи семейства Соул.

В час пополудни дядя Питер приходит домой из больницы после неполного рабочего дня. Переодевается в джинсы, футболку и направляется в огород — там в большом количестве произрастают помидоры и подвязанные огурцы.

В два часа на пригорке появляется малыш Тедди с удочкой — он возвращается с озера. Без улова. Еще ни разу не видел, чтобы он принес домой хоть одну рыбешку.