Читаем Ключ полностью

ОН. Нет, могло быть так, что тебя какой-нибудь болван клиент из себя вывел – и ты целый день потом сама не своя… Могло быть так?

ОНА. Сколько раз тебе говорить: не клиент, а пациент…

ОН. Хорошо, пациент… Но ведь иногда пациенты бывают болванами?

ОНА. Слушай, отстань.

ОН. Ну вот, отстань… Опять отстань. А к кому мне приставать? Тут больше никого нет.

ОНА. Завтра в офисе к кому-нибудь пристанешь.

ОН. В офисе? Нет, там народ. На людях приставать нельзя.

ОНА. Тебе можно. Ты же начальник.

ОН (в сторону). Вспомнил, из-за чего мы повздорили поутру. Из-за тарелок. Она имеет привычку даже на завтрак обложить всю кухню тарелками. Причем, самыми большими. Ну, я и высказался по этому поводу. Что тут началось… Я тебе что, официантка? Или девочка в офисе, которая кофе разносит? С чего она взяла про девушку и кофе? Мы сами себе кофе готовим… (Ей. Проникновенно). Я, конечно, начальник. То есть, на производстве я автократ и диктатор. Это что касается сроков, качества и т.д. А вот что касается отношений между людями… тут я самый настоящий демократ. (Пауза.) Что, разве не так?

ОНА. Иди ешь. Демократ…

ОН. Я же не говорю, что я, к примеру, Демокрит. Это будет сильным преувеличением. Тем более, что я даже не помню, чего он там сказал или написал, этот Демокрит… На нашем факе философию давали постольку поскольку… Чем он знаменит, этот Демокрит, не помнишь?

ОНА. Отцепись от меня со своим Демокритом!

ОН. Нет, я не могу отцепиться. Пока не объяснишь мне всемирно-историческую роль Демокрита в греческой истории… И в европейской тоже… Ну, и в мировом масштабе… (Становится на колени перед диваном и смотрит ей прямо в лицо).

ОНА. Оставь меня, пожалуйста, в покое …

ОН. Не могу. (Стягивает её с дивана на пол.)


Она колотит его ладошками. Он хватает ладошки, целует.


ОНА. Ну, хватит, перестань…

ОН. Вот именно. Всё, мир, дружба, сосиска…

ОНА. Ой, дурачок…

ОН. Вот именно. Дурачок… Потому что если бы ещё сердилась на меня по-настоящему, ты бы сказала «дурак» и тоном намного холодней…

ОНА. Неужели?

ОН. А ты сказала «дурачок», ласково так… Любя. Идём, я ужасно хочу есть…

ОНА (в сторону). Это первый вариант… Но может быть и по-другому…


Перемена декораций. Он сидит за компьютером, весь в работе.


ОНА (входя). Как там мой котя?

ОН. Нормально.

ОНА. Ты поужинал?

ОН. Да.


Она стоит немного, оценивает обстановку.


ОНА. А мне что-нибудь осталось?

ОН. Осталось.

ОНА. Хорошо. (Пауза. Садится на диван.) А почему ты не спрашиваешь, как прошёл мой день?

ОН (не отрываясь от компа.) Как прошёл твой день?

ОНА. Нормально.

ОН. Кто бы сомневался.

ОНА (в сторону). Он злится. Ещё бы… Я бы тоже злилась. Не знаю, как он, но я его немного боюсь, когда он злится на меня. У него лицо сразу становится такое холодное и чужое. Будто бы он меня больше не любит и готов послать куда подальше. То есть, к себе домой. Ну, вот уж – нет… (Ему, устало-проникновенно.) Ты представляешь, Катька разругалась с мужем, он уехал на дачу и прямо оттуда ездит на работу… Представляешь?

ОН. Бывает.

ОНА. Она два дня ждала, что он вернётся, а он не возвращается…

ОН. Вернётся.

ОНА. Она тоже так думала, а на третий день запаниковала…

ОН. Ай-яй-яй… Психолог запаниковал.

ОНА. Вот и я ей о том же… Ты, говорю, меня всегда наставляешь и всё мне растолковываешь, а сама… (Пауза.) Ну что ты молчишь?

ОН. А что я должен сказать?

ОНА. Ну, я не знаю… Что-нибудь в поддержку.

ОН. В поддержку кого? Катьки?

ОНА. А что такого? Она же человек.

ОН. Она не человек.

ОНА (подходя). А кто же она?

ОН. Она психолог.

ОНА. Ты так говоришь, как будто это ужас-ужас.

ОН. Тогда почему муж сбежал от неё на дачу?

ОНА. Ну, знаешь, как это бывает?.. Она ему – одно, он ей другое, и в результате – побег на дачу, а Катька в слезах…

ОН. А ты проводишь сеанс психотерапии…

ОНА. Вот именно… (Пауза. Она кладёт ему руки на плечи.) Это программа на каком языке?

ОН. Ты всё равно его не знаешь.

ОНА. Какой красивый текст…

ОН. Обыкновенный.

ОНА. Нет, что-то в ваших текстах есть… Может быть, надо было соглашаться на предложение того рыжего, помнишь?

ОН. Могу дать телефончик. Он обрадуется.

ОНА. Дурак… (Обнимает его за шею.)

ОН. Ты мне мешаешь.

ОНА. В каком смысле? Конкретно сейчас или вообще?

ОН. Отстань!

ОНА. Нут вот, отстань, опять отстань…

ОН. Слушай, иди к черту!

ОНА. Не пойду.

ОН. Тогда иди туда, где тебе нравится… Например, к рыжему.

ОНА. Снова дурак…

ОН. Я не дурак. Мне просто надело сидеть по вечерам одному, пока жена неизвестно где шляется.

ОНА. Во-первых, известно где… Я всегда тебе докладываюсь. А во-вторых, я не шляюсь, а выполняю свой долг.

ОН. Неужели? Долг? Какой долг? Перед кем?

Перейти на страницу:

Похожие книги

Пандемониум
Пандемониум

«Пандемониум» — продолжение трилогии об апокалипсисе нашего времени, начатой романом «Делириум», который стал подлинной литературной сенсацией за рубежом и обрел целую армию поклонниц и поклонников в Р оссии!Героиня книги, Лина, потерявшая свою любовь в постапокалиптическом мире, где простые человеческие чувства находятся под запретом, наконец-то выбирается на СЃРІРѕР±оду. С прошлым порвано, будущее неясно. Р' Дикой местности, куда она попадает, нет запрета на чувства, но там царят СЃРІРѕРё жестокие законы. Чтобы выжить, надо найти друзей, готовых ради нее на большее, чем забота о пропитании. Р

Лорен Оливер , Lars Gert , Дон Нигро

Хобби и ремесла / Драматургия / Искусствоведение / Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Фантастика / Социально-философская фантастика / Любовно-фантастические романы / Зарубежная драматургия / Романы
Драмы
Драмы

Пьесы, включенные в эту книгу известного драматурга Александра Штейна, прочно вошли в репертуар советских театров. Три из них посвящены историческим событиям («Флаг адмирала», «Пролог», «Между ливнями») и три построены на материале нашей советской жизни («Персональное дело», «Гостиница «Астория», «Океан»). Читатель сборника познакомится с прославившим русское оружие выдающимся флотоводцем Ф. Ф. Ушаковым («Флаг адмирала»), с событиями времен революции 1905 года («Пролог»), а также с обстоятельствами кронштадтского мятежа 1921 года («Между ливнями»). В драме «Персональное дело» ставятся сложные политические вопросы, связанные с преодолением последствий культа личности. Драматическая повесть «Океан» — одно из немногих произведений, посвященных сегодняшнему дню нашего Военно-Морского Флота, его людям, острым морально-психологическим конфликтам. Действие драмы «Гостиница «Астория» происходит в дни ленинградской блокады. Ее героическим защитникам — воинам и мирным жителям — посвящена эта пьеса.

Александр Петрович Штейн , Гуго фон Гофмансталь , Исидор Владимирович Шток , Педро Кальдерон де ла Барка , Дмитрий Игоревич Соловьев

Драматургия / Драма / Поэзия / Античная литература / Зарубежная драматургия