ОНА. Долг врача, раз… (Одним движением садится к нему на колени.) Долг подруги, два…

ОН. А тебе не стоит помнить и о других долгах?..

ОНА (кротко). Прямо сейчас? Я готова.

ОН. Бесстыжая женщина.

ОНА. Да, я такая. Для любимого мужа я готова на всё и в любую минуту.

ОН. Не стыдно подлизываться?

ОНА. Не стыдно. Я же к тебе подлизываюсь.

ОН. Иди к черту!

ОНА. Не пойду! (в сторону.) И так далее…

ОН (в сторону). И тому подобное…

7. ОПТИМИЗАЦИЯ.

Скамейка. Подходят Он и Она, в руках – кофейные стаканы.

ОНА. Садимся. Мы с Катькой здесь часто зависаем.

ОН. Да… Какие только разговоры не слыхала эта скамейка…

ОНА. Ты имеешь в виду наши с Катькой?

ОН. Разумеется. В первую очередь.

ОНА. Ты остришь так?

ОН. Ну что ты, милая. Я просто констатирую факт. Однажды, когда я учился в школе, я зафиксировал факт женской беседы часа на три-четыре.

ОНА. И как же ты зафиксировал?

ОН. Я шёл из школы домой. Они стояли и болтали. Я пообедал и пошёл обратно в школу на волейбол. Они стояли на том же месте. Когда я возвращался после игры – они всё ещё не закончили разговор…

ОНА. Обычное дело.

ОН. Обычное дело?

ОНА. Ты даже не представляешь, как это бывает сладко и увлекательно – потрындеть…

ОН. Хорошее дело трындежом не назовут.

ОНА. Ой-ёй-ёй… Остряк.

ОН. Да. Самоучка. Ну, как всё прошло?

ОНА. Как? Неплохо.

ОН. Неплохо? И всё?

ОНА. А что ты ждал? Что перед тобой будут бегать на цыпочках?

ОН. Конечно, я ждал именно этого. А как же? Ведь на поклон к батюшке невесты явился потенциальный муж… Это – серьёзно.

ОНА. Серьёзно? С чего ты взял? У меня уже на мужей… как это?

ОН. Аллергия?

ОНА. Идиосинкразия, дуралей.

ОН. Тебе видней. Кто из нас медик?

ОНА. Это не столько медицинское, сколько психологическое.

ОН. Ну вот, ты же близка к этим кругам?

ОНА. Ты опять намекаешь на Катьку? Она тебе покоя не даёт…

ОН. Ещё бы. Я беспокоюсь немного. Она же твой личный психолог…

ОНА. Психотерапевт…

ОН. Какая разница?

ОНА. В первую очередь – она моя подруга. Хорошая подруга – самый лучший психотерапевт.

ОН. А тут – в одном флаконе. Хорошо устроилась.

ОНА. Разговорился…

ОН. Я отхожу от психологического шока. Побывать в роли жениха – это серьёзное испытание.

ОНА. Боже мой… Какая пошлость.

ОН. Почему же – пошлость? Я уверен, что твой отец именно так меня и воспринимал.

ОНА. Может быть. Его можно понять. Он хочет, чтобы я была счастлива.

ОН. Это очевидно. Он… как это говорится… Он с тебя пылинки сдувает.

ОНА. Да. Он меня пытается оберегать. Он думает, что я всё еще девочка, которую он укладывал спать и читал сказку на ночь. Девочка – после двух мужей… Двух с половиной.

ОН. У тебя довольно странная манера – бравировать своим богатым семейным опытом.

ОНА. Бравировать? Я просто не пытаюсь пускать пыль в глаза…

ОН. А могла бы… Ты вполне бы сошла за синего чулка.

ОНА. За синего чулка?

ОН. Такая засушенная врачиха. Или училка.

ОНА. Засушенная?

ОН. Когда я увидел тебя в первый раз, в маске, ты меня совершенно не впечатлила.

ОНА. Ты меня тоже.

ОН. Ну да, я вонял одеколоном.

ОНА. Не в этом дело. Большинство мужчин так воняют. Просто я не люблю таких самоуверенных самцов.

ОН. Не любишь?

ОНА. Они меня раздражают.

ОН. Да, но во второй раз ты на меня клюнула…

ОНА. Ничего я не клюнула. Просто чёрт меня дёрнул спросить про твой зуб…

ОН. Чёрт? Кажется, мужчин и женщин сводят совсем другие существа…

ОНА. Думаешь, нами занимаются ангелы?

ОН. Есть такая теория…

ОНА. Хочется верить… А тогда в супермаркете у тебя было такое растерянное лицо…

ОН. Ещё бы. Я не ожидал, что мегера обернется такой… такой…

ОНА. Какой?

ОН. Такой женственной… В тебе есть что-то такое… даже детское… трогательное…

Пауза.

ОНА. Что касается папы, я очень похожа на маму, в молодости. Так что тут – все вместе… Как ты говоришь, в одном флаконе.

ОН. Это очень здорово, когда есть такой папа.

ОНА. Да. Но это может стать большой проблемой… для женихов. Но, не беспокойся. Ты ему понравился.

ОН. Он так сказал?

ОНА. Конечно, нет. Я и так вижу.

ОН. Почему ты так решила?

ОНА. Потому что у меня есть опыт… Ты не первый жених, которого я приводила к папе. И даже не третий.

ОН. И какой же? Неужели тридцать третий?

ОНА. Поосторожней, товарищ жених. Грубо острить на мой счёт позволено только мне. А то я из трогательной девушки обращусь обратно в мегеру.

ОН. Не надо… (Пауза.) Я боялся, что он начнёт читать этот свой роман…

ОНА. Это не роман. Это что-то вроде биографии. Он его никому не навязывает. Только своим старым друзьям, которые живы…

ОН. А ты читала?

ОНА. Пробовала. Там есть про маму, про меня, про бабушку с дедушкой… Не знаю, мне почему-то трудно это читать. Может быть, со временем я привыкну?

ОН. Он хочет его напечатать?

ОНА. Думает послать в какое-нибудь издательство. Когда закончит.

ОН. А когда закончит?

ОНА. Я не знаю. Он же очень плохо видит, редактирует на бумаге, с лупой… А потом я ввожу исправления в компьютер… Ой, кофе пролила…

ОН. Ничего страшного.

Она ищёт салфетки в сумке. Из сумки выпадает бумажка.