Закончив разговор с инспектором, Грейс связался по рации с диспетчером и попросил соединить его с группой наблюдения. Новости оттуда тоже не порадовали. Старший группы доложил, что доктор не выходил из дому после утренней прогулки с собакой.

91

Суббота, 20 декабря

Какой-то шум. Сильный женский голос. «Отпусти меня, мерзавец! Отпусти… отпусти… у-у-у!»

Кто это? Что происходит?

Потом тишина.

Что случилось? Что случилось с той, другой женщиной, голос которой она слышала?

Через несколько секунд крышка над головой сдвинулась со знакомым скользящим звуком, и Логан сжалась от страха. В рот протолкнули трубку. Она уже забыла, когда пила в последний раз, и теперь глотала воду жадно, отчаянно, захлебываясь.

– Хорошие новости! – проворчал похититель. – У тебя теперь есть компаньонка! А это значит, что ты скоро уйдешь. Очень скоро!

– Как это? Пожалуйста, скажите, что вы имеете в виду? Скажите, что происходит? Что случилось с другими? Я слышала их голоса. Кто вы? Скажите мне, пожалуйста. И, пожалуйста, отпустите меня. Не убивайте. Пожалуйста, позвольте мне жить.

– Я принесу тебе еды, покормлю в последний раз, прежде чем ты уйдешь.

– Спасибо, – поблагодарила Логан дрожащим голосом. – Спасибо вам.

– Не за что. Ты самая долгая моя гостья, и от тебя менее всего хлопот, так что – пожалуйста!

92

Суббота, 20 декабря

– Если доктор Крисп оставался весь день дома, значит ли это, что нам надо все начинать заново? – спросил Брэнсон.

– Нет. То есть не обязательно. Невыход Луизы Мастерс на работу наверняка можно объяснить какой-то другой причиной.

Брэнсон искоса взглянул на друга.

– Бритва Оккама, помнишь? Ты сам мне это объяснял.

– Было дело.

Живший в XVI веке монах-францисканец Уильям Оккам оказал после своей смерти большое влияние на философскую мысль. Добраться до сути любой проблемы он полагал возможным с помощью бритвы, коей отсекается лишнее. Самое простое и очевидное объяснение обычно и есть правильное. Рой Грейс частенько обращался к этому принципу.

– Итак, – продолжал Гленн Брэнсон, – мы имеем исчезновение Луизы Мастерс, последней из списка Клеймовщика. Разве простейшее объяснение не в том, что с Криспом мы смотрим не туда, куда надо? Мы же ведь нашли трейлер со всей этой чертовщиной? И принадлежит он Хантеру, так?

Грейс кивнул:

– Пока мы здесь сидели, я думал. Крисп и Хантер могут быть связаны куда крепче, чем нам поначалу казалось. Не исключаю, что они – один человек. – Не нарушил ли он собственное правило, состоящее в том, что наличие сильного подозреваемого опасно соблазном сосредоточиться на нем и забыть об остальных? Но нет, эту ловушку ему, похоже, все же удалось обойти.

Было ли что-то еще, что могло остаться незамеченным? Что-то, лежащее у него перед глазами, но чего он не видел?

Грейс мысленно воспроизвел картину мобильного жилища. Фотографии потенциальных жертв Клеймовщика на стенах. Не ошибся ли он с ними? Не ошибся ли относительно личности преступника? Новый босс, помощник главного констебля Кэссиан Пью, не питает к нему теплых чувств. Грейс знал, Пью только и ждет, когда же он облажается.

«Где же ты, Луиза Мастерс? Где ты?»

Снова зазвонил телефон.

– Рой Грейс, – мгновенно отозвался он и услышал знакомый девонский говорок Нормана Поттинга.

– Босс, есть информация. Думаю, вам это придется по вкусу.

– Говори.

– Я только-только вернулся из Клойстерс и заглянул в отдел, а здесь срочное сообщение из лаборатории. Помните, я отдавал им листок с номером мобильного доктора Криспа? Отдавал, чтобы сняли пальчики и взяли ДНК на анализ.

– Да, и что?

– Я позвонил в лабораторию. По ДНК очень сильное совпадение с кровью, что нашли у дома Фрейм Нортроп в четверг.

– Насколько сильное? – В крови уже зашумел адреналин.

– Здесь какие-то цифры и расчеты, надо, чтобы мне их объяснили, – продолжал Поттинг. – Но главный вывод совершенно ясен. На то, что это не доктор Крисп, один шанс против миллиона. Ну как, достаточно убедительно?

– Вполне! – По лицу Роя Грейса расплылась широкая ухмылка. Он поблагодарил Поттинга и тут же позвонил Тингли.

93

Суббота, 20 декабря

Двумя часами позже, в конференц-зале Управления уголовных расследований, Рой Грейс даже не стал подзаряжаться кофеином – теперь он работал на чистом адреналине: голова ясная, концентрация полная.

Он стоял спиной к белым доскам, а за столом, слушая внимательно и немного настороженно, расположились Гленн Брэнсон, Таня Кейл, Гай Батчелор и старшие групп, некоторым из них пришлось срочно отменять планы на субботний вечер. Тем не менее никто не жаловался. Все чувствовали тот особый азарт, что разгонял кровь в его венах. Азарт погони, волнующий трепет охотника, приближающегося к зверю.

Все оделись в темное, преимущественно в черное, за исключением спецназовцев, сидевших в своем темно-синем камуфляже. Кто-то пил чай или кофе, кто-то жевал сэндвичи, шоколадки или питательные батончики.