Читаем Клад полностью

— Куда? — позволил себе спросить Петрович.

— К Генке. У них там хозяйство, огород, поросенок. Найдем место.

Хоронясь от тусклого света редких фонарей, они нырнули за дом Веры и Генки, а оттуда — прямо в сарай. Шуршала солома, завозился поросенок.

— Петрович, давайте свой фонарик. Только аккуратней, чтобы снаружи ничего не было видно, — распорядился Михаил. — Генка, выбирай место.

С великими предосторожностями Петрович включил ручной фонарь и в ужасе отпрянул от загородки — там весело похрюкивала и шумно дышала огромная свинья килограммов на двести.

— Господи!.. — только и сказал Михаил.

— Это что?! — тыча фонариком в свинью, еле вымолвил Петрович.

— Поросенок. — Генка безмятежно почесывал чудовище за ухом.

— Это «поросенок»?! — Петрович был потрясен.

— Да. Я его вот с таких вынянчил. — Генка показал руками что-то очень маленькое. — Он для меня всегда поросенком останется.

— Пошел ты знаешь куда!.. — взъярился Михаил. — Если здесь закопать, этот хряк все перероет! Тушите свет, Петрович. Я знаю место. Айда за мной!

За поселком на пустыре росла одинокая яблоня. В ночной темноте только верхушка кроны выделялась на фоне ночного неба.

Слышалось хриплое дыхание, звяканье лопат и шорох сыплющейся земли.

Где-то далеко, на другом конце поселка, заиграла гармошка. Все звуки под яблоней сразу же прекратились. Несколько секунд томительного выжидания, и снова работа началась.

— Чего вы детектив-то устраиваете? Не видно же ни черта. Включите фонарик, — послышался раздраженный шепот Генки.

— Я тебе сейчас дам фонарик. Копай! — тихо рявкнул Михаил.

И Генка, как ни странно, ничего не ответил. Зато голос Петровича спросил:

— Тебе не кажется, что у Мишки очень даже четкая позиция? А, Генка?..

* * *

Яркое весеннее солнце заливало кабинет председателя райисполкома. Но сидящих за столом заседаний это не радовало.

Очень растерянно выглядел веселый и добрый человек — майор милиции, заместитель начальника райотдела МВД. Нервно подергивал головой худенький управляющий «Агропромом». Такой справедливый и мужественный в своем кабинете, здесь он чувствовал себя крайне неуютно. И первый, и второй заместители председателя райисполкома старались не поднимать глаз на своего шефа и задумчиво рисовали на бумажках разные закорючки...

Несколько неожиданным было присутствие в этом кабинете директорши ювелирного магазина «Сапфир». Вызов в отдаленный район из центра был для нее оскорбителен, и она не пыталась этого скрывать.

Сильно отличался от всех собравшихся дочерна загорелый человек с живыми, блестящими глазами. Это был начальник райфинотдела. Он только сегодня вернулся из отпуска и все еще не мог настроиться на деловой лад..

Сам председатель райисполкома, чуткий и мягкий человек, рачительный хозяин, сумевший добиться замечательных показателей, сохранял на лице выражение достоинства и готовности отвечать за все, что произошло в его районе.

И был районный прокурор. В полной форме советника юстиции соответствующего ранга. Несмотря на свое серьезное служебное положение, районный прокурор был не лишен юмора и начал свою речь почти классическим заявлением:

— Я пригласил вас, товарищи, с тем чтобы сообщить вам пренеприятное известие...

— К нам едет ревизор! — рассмеялся загорелый начальник райфо.

— Отнюдь, — строго сказал прокурор. — Гораздо хуже. Восемь дней назад ко мне поступила жалоба...

* * *

На голове Михаила была теперь модная шерстяная горнолыжная шапочка, а из-под ворота грязного ватника выглядывал краешек пестрого кокетливого шарфика. Он стоял вместе с Генкой и Петровичем во дворе «Агропрома». Крановщик засыпал удобрения в их машины.

— Сегодня у Ксении в клубе вечер французской песни. Придете? — спросил Петрович.

— Об чем речь, — сказал Михаил.

— Нет вопросов, — поддержал Генка.

Крановщик засыпал последний ковш в кузов и заорал:

— Эй, миллионеры! Все! Поехали!..

— Петрович! Мишаня! Умоляю!.. — быстро проговорил Генка. — Махнем через район! Всего лишних три с половиной кэмэ. Мне вот так надо! — И Генка полоснул ребром ладони по горлу.

— Во, нашего прихватило! — заржал Петрович. — Аж трясется!

Три груженых самосвала «ЗИЛ-130» вкатились на центральную районную площадь и остановились напротив стоянки служебных машин.

Генка выскочил из кабины, быстро скинул сапоги, размотал портянки и оказался в тщательно начищенных модных туфлях.

— Я сейчас! — крикнул он Петровичу и Михаилу и побежал через площадь прямо к дверям райисполкома.

— Привет, Гена! — закричали ему водители легковых машин. — Чего-то ты зачастил к нам?!

— Привет, привет, мужики! — ответил им Генка.

Генка пробежал по широкому коридору, распахнул дверь приемной самого председателя.

Увидев Генку, хорошенькая секретарша засветилась радостью.

— Натуля, зайчик... Я на секунду. — Генка положил перед ней плитку шоколада и венгерский кубик Рубика.

— Ой, Геночка... Спасибо!

На ее столе, у пишущей машинки, лежала красивая южная ракушка.

— Еще вчера не было, — ревниво заметил Генка. — Откуда такая?

— Презент. Заврайфо сегодня из Пицунды вернулся.

— Уже?

— Да. А что?

— Нет-нет, ничего. Когда освободишься?