Читаем КИЧЛАГ полностью

Прессовать решено людей,Неугодных довести до гроба,У ГУИНа нет правил и идей,Только ненависть и злоба.Кукла – вор в законе, –Кому помещал старик?Полвека он провел на зоне, –Головой в петле поник.От воровской не отказался доли,Исполнили подонки приговор,В символ стойкости и волиПревратился знаменитый вор.Отказаться от воровских идей,Где с перевоспитанием связь,Нравственно сломать людейНе способна эта коновязь.Мир человека не изучен,Зрелищ просит зритель,Общество стояло у излучин,Обществу нужен исполнитель.Нет исключения из правилВ системе мутного сознания,Никого пресс этот не исправил,Не пришли толпою к покаянию.Зэк ненавидит обслугу,Обслуга ненавидит зэка,Готовы порвать друг другаНа протяжении целого века.Забивала власть лагеря,Лошадиной требуя силы,Врагами объявляли не зря,Потирали руки лепилы.Все ушли от ответа,Зэки у пропасти с краю.Кто не жалел дуплета?Где тропа, ведущая к Раю?Белый лебедь небо пашет,Приятна ему синева,Над лебедем крыльями машет –Будет свобода, братва.

ВОР В ЗАКОНЕ

Под тусклым светом фонаря,В тюрьме, на зонеИскать не надо главаря,Рядом вор в законе.С юности коснулся нар,Сучий не писал диктант,Стойко выдержал удар,Как честный арестант.Опытным пронзает взглядом,Как охотник прочесывает лес,Он в камере с отрядом,Системе необходим противовес.Законно занимает нишу,Беспредела нет на зоне,Не найти арестанту крышу –Разрулит вор в законе.Живет своею головой,С братвою честен, как с собою,Неволя ему – дом родной,Плацдарм и поле боя.Большие полномочия даны,С системой воевать опасно,Пересидело треть страны,Треть кивнет согласно.Вор обслуге неугоден,Действует порой назло,В суждениях свободен –Без оглядки на карцер и ШИЗО.Вор – душевное призвание,Неволей отточенный кристалл,Он – в основании зданияПод названием «криминал».

МЕНТАЛЬНОСТЬ

Ставим в храме свечи,Каемся в грехах,В тот же самый вечерПриползаем на бровях.Эта русская ментальность –Напиваться до упора,Равнодушие, лояльность,Простота – похлеще вора.Обобраны до нитки,Кипит, бушует плоть,Злимся до калитки,А там – прости, Господь.Это русская ментальность —Наступать на те же грабли,Матом сдобрена тональность,Язык острее сабли.Никаких загадок нетВ русской общине большой,В голове рождается ответ,А готовится душой.Ментальность – это сила,Совесть здесь не береди,Она в бессмертие возносила,Рвалась рубаха на груди.Ментальность наша с перцем,Горячими усыпана заботами,Живем с открытым сердцем,А не с голыми расчетами.Это русская ментальность –Открытость всем ветрам,Отброшена банальность,Ведет дорога в храм.

ОТСТРЕЛ

Перейти на страницу:

Похожие книги

Зеленый дом
Зеленый дом

Теодор Крамер Крупнейший австрийский поэт XX века Теодор Крамер, чье творчество было признано немецкоязычным миром еще в 1920-е гг., стал известен в России лишь в 1970-е. После оккупации Австрии, благодаря помощи высоко ценившего Крамера Томаса Манна, в 1939 г. поэт сумел бежать в Англию, где и прожил до осени 1957 г. При жизни его творчество осталось на 90 % не изданным; по сей день опубликовано немногим более двух тысяч стихотворений; вчетверо больше остаются не опубликованными. Стихи Т.Крамера переведены на десятки языков, в том числе и на русский. В России больше всего сделал для популяризации творчества поэта Евгений Витковский; его переводы в 1993 г. были удостоены премии Австрийского министерства просвещения. Настоящее издание объединяет все переводы Е.Витковского, в том числе неопубликованные.

Теодор Крамер , Марио Варгас Льоса , Теодор Крамер

Поэзия / Поэзия / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза / Стихи и поэзия
Темные аллеи
Темные аллеи

Цикл рассказов о чувственной любви и о России, утраченной навсегда. Лучшая, по мнению самого Бунина, его книга шокировала современников и стала золотым стандартом русской литературной эротики.Он без сна слежал до того часа, когда темнота избы стала слабо светлеть посередине, между потолком и полом. Повернув голову, он видел зеленовато белеющий за окнами восток и уже различал в сумраке угла над столом большой образ угодника в церковном облачении, его поднятую благословляющую руку и непреклонно грозный взгляд. Он посмотрел на нее: лежит, все так же свернувшись, поджав ноги, все забыла во сне! Милая и жалкая девчонка…О серии«Главные книги русской литературы» – совместная серия издательства «Альпина. Проза» и интернет-проекта «Полка». Произведения, которые в ней выходят, выбраны современными писателями, критиками, литературоведами, преподавателями. Это и попытка определить, как выглядит сегодня русский литературный канон, и новый взгляд на известные произведения: каждую книгу сопровождает предисловие авторов «Полки».ОсобенностиАвтор вступительной статьи – Варвара Бабицкая.

Иван Алексеевич Бунин

Биографии и Мемуары / Поэзия / Классическая проза ХX века / Русская классическая проза
Советские поэты, павшие на Великой Отечественной войне
Советские поэты, павшие на Великой Отечественной войне

Книга представляет собой самое полное из изданных до сих пор собрание стихотворений поэтов, погибших во время Великой Отечественной войны. Она содержит произведения более шестидесяти авторов, при этом многие из них прежде никогда не включались в подобные антологии. Антология объединяет поэтов, погибших в первые дни войны и накануне победы, в ленинградской блокаде и во вражеском застенке. Многие из них не были и не собирались становиться профессиональными поэтами, но и их порой неумелые голоса становятся неотъемлемой частью трагического и яркого хора поколения, почти поголовно уничтоженного войной. В то же время немало участников сборника к началу войны были уже вполне сформировавшимися поэтами и их стихи по праву вошли в золотой фонд советской поэзии 1930-1940-х годов. Перед нами предстает уникальный портрет поколения, спасшего страну и мир. Многие тексты, опубликованные ранее в сборниках и в периодической печати и искаженные по цензурным соображениям, впервые печатаются по достоверным источникам без исправлений и изъятий. Использованы материалы личных архивов. Книга подробно прокомментирована, снабжена биографическими справками о каждом из авторов. Вступительная статья обстоятельно и без идеологической предубежденности анализирует литературные и исторические аспекты поэзии тех, кого объединяет не только смерть в годы войны, но и глубочайшая общность нравственной, жизненной позиции, несмотря на все идейные и биографические различия.

Юрий Инге , Давид Каневский , Алексей Крайский , Иосиф Ливертовский , Михаил Троицкий

Поэзия