Читаем Киборги Нотариуса полностью

Я покосился на Бастилию. Она все так же смотрела прямо перед собой, крепко сжав челюсти. Я почувствовал, как в душе поднимается волна гнева.

– Все перечисленное случилось не по ее вине, – сказал я, обращаясь к Дролин. – Вы не смеете ее за это наказывать! И между прочим, это я сломал ее меч!

– Она несет наказание не за «вину», – ответила Дролин. – Лишь за неудачу. Такое решение приняли Хрустальные, главы Кристаллии, лорд Смедри, и мне было поручено привести его в исполнение. Приговор останется в силе. Как вам известно, Хрустальные пребывают вне юрисдикции какого-либо королевства или правящего дома.

Честно говоря, этого я не знал. Если на то пошло, я вообще очень мало знал о Кристаллии. Я толком не успел привыкнуть даже к тому, что меня именуют лордом Смедри. Я только понял, что Смедри пользуются величайшим уважением в большинстве Свободных Королевств, и решил про себя, что титул лорда – это такое выражение их любви.

А теперь вот, как оказалось, все гораздо сложнее и серьезнее. Но так обычно и происходит, не правда ли?

Я снова посмотрел на Бастилию. Она стояла в тыльной части рубки, красная как свекла. «Надо с дедом переговорить, – решил я. – Он поможет разрулить это дело!»

Я сел в кресло рядом с Австралией.

– Ну ладно, – сказал я. – Где мой дедушка?

Австралия мельком взглянула на меня и вспыхнула темным румянцем.

– Нам это в точности не известно. Сегодня утром мы получили от него записку, доставленную посредством линз шифровальщика. Там были указания, что́ нам следует делать. Если желаете, могу показать вам эту записку…

– Будьте любезны, – сказал я.

Австралия зашарила по карманам кителя. Не сразу, но все же нашла смятую бумажку и протянула ее мне. Вот что я прочел на листке:

не знаю, смогу ли вовремя быть в точке эвакуации. Случилось нечто, требующее моего внимания. Пожалуйста, заберите моего внука, как это и планировалось, и отвезите его в Налхаллу. Я вас догоню, когда представится возможность.

Между тем подъем продолжался, воздушный корабль вошел в облака и определенно набирал скорость.

– То есть сейчас мы следуем в Налхаллу? – уточнил я, оглядываясь на мать Бастилии.

– Если вы не отдадите иного приказа, – подтвердила она. Впрочем, тон ответа подразумевал, что выбора особо нет.

– Ну, значит, быть по сему, – сказал я, ощущая легкое разочарование, причину которого не мог навскидку определить.

– Вам стоило бы перейти в свои покои, лорд Смедри, – сказала Дролин. – Там вы сможете отдохнуть. Полет через океан до Налхаллы займет несколько часов.

– Очень хорошо, – сказал я, вставая.

– Я вас провожу, – предложила Дролин.

– Что за чушь, – возразил я, косясь на Бастилию. – Пусть этим займется оруженосец.

– Воля ваша, – ответила рыцарь и кивнула Бастилии.

Я вышел из рубки. Бастилия последовала за мной. Дождавшись, пока закроется дверь, я оглянулся. Дролин, все в той же стойке вольно, стояла спиной к нам и смотрела наружу сквозь драконий зрачок.

Тогда я повернулся к Бастилии:

– Ну и что это вообще было?

Ей вновь бросилась в лицо кровь.

– Все так и есть, как она сказала, Смедри. Пошли, я тебя в каюту отведу.

– Слушай, ну со мной-то не надо выделываться, – сказал я, торопясь за ней, чтобы не отстать. – Ты потеряла меч, и тебя разжаловали в оруженосцы? Что за бредятина?

Бастилия покраснела хуже прежнего:

– Моя мать – доблестный и весьма уважаемый рыцарь Кристаллии. Она всегда делает то, что лучше для нашего ордена, и никогда не совершает необдуманных поступков.

– Это не ответ на мой вопрос.

Бастилия опустила глаза:

– Слушай. Лишившись меча, я тебе сразу сказала, что у меня будут неприятности. Так вот, это они самые и есть. Ничего, я с ними разберусь. И твоя жалость мне не нужна!

Я смотрел ей прямо в глаза:

– При чем тут жалость? Я зол и раздосадован! О чем ты недоговариваешь, Бастилия?

Она пробормотала нечто нелестное об «этих Смедри», но так по существу и не ответила. Знай себе шагала стеклянными коридорами, ведя меня предположительно к отведенной мне каюте.

Я шел следом, и происходившее с каждым шагом нравилось мне все меньше. Похоже, дед обнаружил нечто серьезное. Иначе он не пропустил бы эвакуацию. А я терпеть не могу, когда меня отодвигают от значительных и важных событий!

Если подумать, я чувствовал себя попросту глупо. Кажется, меня всегда отодвигали от всего важного! В это самое время тысячи людей по всему миру занимались чем-то существенным. Кто-то играл свадьбу, кто-то выпрыгивал из окна… Один я ни в чем не участвовал. По сути, даже самые влиятельные люди остаются в стороне от большинства событий, происходящих на свете.

И я продолжал досадовать. Следуя за Бастилией, я вдруг спохватился: у меня на носу по-прежнему сидели линзы курьера. У них был весьма ограниченный радиус действия, но, может, дед обретался где-то поблизости?

Я без промедления активировал линзы.