Читаем Кибершторм полностью

Ирина успокоила Лорен, сказала, что если дверь в их спальню откроется, они сразу начнут стрелять, и что через пару дней пленники ослабеют настолько, что уже не смогут напасть.

– Головная вошь и лобковая – они не такие уж вредные, – продолжал Винс, – а вот платяные… – Он пристально вгляделся в свой свитер, подцепил что-то и показал мне. – Вот это настоящие гады. – Он раздавил вошь пальцами.

Радиолюбители горячо обсуждали предстоящее заявление президента – ходили слухи о том, что началась война, что в нашу страну вторгся враг, что во всем виноваты русские, иностранные террористы, китайцы, местные террористы, иранцы. У каждого была своя теория.

Еще более зловеще звучали сообщения в сети о том, что на Пенсильванском вокзале и «Джевитце» сотни и даже тысячи трупов и что холера перекинулась на Центральный вокзал. Ходили слухи об эпидемии тифа.

– Кажется, лобковых вшей у меня еще нет, – сказал Винс, глядя на свой пах. – А если бы и завелись, то не страшно. Все равно в последнее время особых успехов у меня по этой части нет.

Он рассмеялся и посмотрел на меня. Я улыбнулся, качая головой.

Ричард сердито зыркнул на нас.

– Заткнитесь вы со своими вшами! Ничего не слышно!

Дом постепенно превращался в выгребную яму, однако отношения между его обитателями портились еще быстрее.

– Это просто какой-то журналюга, – пожал плечами Винс. Речь президента пока не началась, и мы слушали рассуждения комментатора о том, чему она будет посвящена.

Я посмотрел на Ричарда и попытался разрядить обстановку.

– Он прикалывается, хочет поднять настроение…

– Хватит с нас ваших приколов, – зарычал Ричард. – Использовали нас как приманку, шпионили за нами!

Соседям стало известно, что мы следили за их перемещениями с помощью сети Винса и что собирались устроить засаду банде Пола, не говоря остальным, что происходит.

Ричард и Рори пришли в ярость, однако Чак разозлился не меньше.

– И не просто так! – взорвался он. – Один из вас – их шпион!

Он уже не сдерживался, зная, что завтра утром мы уедем.

– Шпион? Их шпион? – сердито воскликнул Рори. – Кто такие «они»? Ты себя-то слышишь?

Чак обвиняющее указал на Рори.

– Ты вообще молчи. Только ты был рядом с квартирой Пола…

– Я же говорил, что остановился там, чтобы покопаться в мусоре. Не знал, что за нами наблюдают.

– Ах ты, скользкий гад! Ты все время вел разговоры про хакеров, и, кроме того, я видел, как ты разговаривал со Стэном…

– Хочешь знать, кто приятель Стэна?

Рори указал на Ричарда.

– Поговори с ним.

– Только меня не втягивай, – покачал головой Ричард.

– Почему бы и нет? – спросил я.

Ричард рассмеялся.

– Ты ведь с помощью этой системы следил за Лорен, так?

Я не сдержался.

– Заткнись!

Лорен, сидевшая рядом со мной, отняла у меня руку и закатила глаза.

– А ваш новый друг? – продолжал Ричард, указывая на Винса. – Что вам известно о нем? Случайно оказался здесь – появился ниоткуда, и никто его не знает. Если…

Чак встал.

– Этот парнишка спас твою шкуру и жизни еще многих людей. Без нас все вы были бы на улице, умирали бы на Пенсильванском вокзале, или же Пол обчистил бы вас до нитки. Лучше скажи ему спасибо!

– Ой, мы должны быть благодарны вам?.. Между прочим, о людях забочусь я, – Ричард махнул в сторону китайцев, сжавшихся у него за спиной. – А вы тем временем баррикадируетесь в своем дворце, кормитесь из тайника с продовольствием. Да и кто назначил вас полицейскими? Почему вы не раздадите оружие, чтобы мы могли защищаться?

Это была больная тема.

Мы с самого начала оставили оружие себе, а когда Чак что-то заподозрил, то вообще наотрез отказался делиться им с другими.

Дети Вики, молодой беженки, сидевшие на диване в центре коридора, заплакали.

– Я скажу тебе, почему полиция – мы, – улыбнулся Чак. – Потому что оружие у нас!

Рори расхохотался.

– Наконец-то овечья шкура сброшена! Правила устанавливают те, кто с пушками. Ты параноик, вот ты кто…

– Я покажу тебе, кто тут параноик! – зарычал Чак, двинувшись к нему.

– Прекратите! – резко сказала Сьюзи, хватая Чака за руку. – Вокруг и так достаточно насилия. Это наш дом; хотите вы того или нет, мы вместе. Так что советую вам, мальчики, с этим смириться.

Эллароза громко заплакала. Сьюзи злобно взглянула на Чака и понесла ее в их квартиру, воркуя над малышкой. Чак сел, ссутулился, и напряженность в коридоре немного спала.

Молчание прервал треск радиоприемника: «Через несколько секунд президент обратится с речью к народу. Никуда не уходите. Скоро начнется трансляция».

Дети на диване тихо рыдали, расстроенные и напуганные.

Я наблюдал за семьей китайцев, которые вжались в угол за спиной Ричарда. За три недели они никому, кроме него, и слова не сказали. Если раньше бедолаги были тощими, то теперь стали костлявыми и смотрели на меня пустым взглядом. В последнее время я заметил, что так на меня глядят и многие другие беженцы.