Читаем Хворый пес полностью

– Внутри теперь ни за что не отчистить. Я прикинул – мусора никак не меньше четырех тонн. – Чистильщик оперся на черенок лопаты. – Я не пойму, на кой поганить дорогущую тачку, когда можно просто угнать? Мудила, который оставляет кабриолет с открытым верхом, заслуживает, чтоб его лишили колес. Но так-то зачем? По мне, полная хренотень. Столько мучений, чтоб испортить классную колымагу. Я не врубаюсь.

– Ополоумел народ, – только и мог сказать Твилли Спри в свое оправдание.

Он родился в Ки-Уесте, где отец торговал земельными участками. Фил Спри-«маленький» был настоящим спецом по недвижимости. Его интересовали только участки на побережье или в Заливе. Он торговал землей на взморье, пока уже не оставалось участков на куплю-продажу, и тогда семья упаковывалась, переезжала в новый город, где Маленький Фил традиционно ликовал: «Горизонт чист!» Протяженность береговой линии Флориды тысяча триста миль, и юному Твилли пришлось насладиться ее географией в полной мере. Мать не любила тропики и не переносила солнца. Но Маленький Фил очень хорошо зарабатывал, и Эми Спри восемнадцать лет сидела дома, ухаживая за кожей лица и придумывая себе хобби. Выращивала бонсаи. Принималась писать любовный роман. Училась играть на кларнете. Увлекалась йогой, современными танцами и крепкими коктейлями. Твилли был полностью предоставлен сам себе. Все свободное время он проводил вне дома. Родители понятия не имели, чем он занят.

Когда Твилли было четыре года, Маленький Фил спешно перевез семью в Марко-Айленд, славившийся пляжами в окаймлении белых дюн. Здесь песок был усеян красивыми морскими раковинами, которые Твилли собирал и укладывал в коробки из-под ботинок. Обычно его сопровождала нянька, нанятая матерью следить, чтобы сын не утонул в Мексиканском Заливе. Время шло, и в четырнадцать лет Твилли, замкнув провода зажигания, угнал машину приятеля, чтобы съездить в Марко и пособирать на берегу раковины. До места он добрался к ночи под проливным дождем и уснул в машине. Проснувшись на рассвете, он впервые понял, чем его старик зарабатывал на жизнь. На горизонте остров ощетинился частоколом высотных отелей и многоэтажных домов. Ну да, это же взморье. Не отрывая взгляд от земли, Твилли с обувной коробкой подмышкой отправился к воде. Он надеялся, что это был мираж, причудливая игра тумана и облаков, но поднял взгляд, и отели с домами не исчезли, а надвинулись и выросли. Всходило солнце, и здания отбрасывали на песок могильные тени. Вскоре Твилли накрыла огромная теневая полоса. Тень на открытом пляже под ясным безоблачным небом! Твилли упал на колени и, обдираясь в кровь, заколотил кулаками по слежавшемуся песку.

Подошла какая-то женщина в купальнике и потребовала прекратить безобразие, не пугать детей. У нее был выговор жительницы Новой Англии, красные ногти на ногах, нос в мази от солнца; она размахивала книжкой Артура Хейли.[7] Твилли взвыл и вновь замутузил песок. Туристка глянула поверх солнечных очков и спросила:

– Где ваша мать, юноша?

Твилли вцепился ей в ногу и вгрызся в ступню; только подоспевший на помощь мясистый охранник из отеля сумел оторвать его от женщины. Потом приехал Маленький Фил с адвокатами и чековой книжкой. По пути домой Твилли нечего было сказать отцу. Когда Эми Спри зашла к сыну пожелать спокойной ночи, она увидела, как он прилаживает в коллекцию морских раковин ярко крашенный человеческий ноготь. Утром мать в первый раз отвела его к психиатру. Твилли прошел серию тестов, но ни один не выявил опасного психического расстройства. Эми Спри вздохнула с облегчением, но супруг был настроен скептически.

– Парень не в порядке, – говорил он и еще добавлял: – Он не в себе. Играет не за ту команду.

Позже Твилли пытался поговорить с отцом о Марко-Айленде и своих душевных страданиях. Он говорил, что Флорида тысячелетиями находилась под водой и теперь вновь неуклонно погружается – океан и Мексиканский Залив ежегодно отвоевывают драгоценную сушу, которой так яро торгуют Фил и ему подобные. «Ну и что? – отвечал отец. – Для того люди и страхуются от наводнения». «Нет, папа, ты не понял», – говорил Твилли, а Маленький Фил возражал: «Что ж, может, я не разбираюсь в геологии, но знаю толк в продажах и отлично понимаю, что такое комиссионные. Когда я своими глазами увижу, как это чертово место погружается, мы с тобой и твоей матерью соберем вещички и переедем в Южную Калифорнию. Вот уж где славно заработаешь на торговле побережьем».

«Считай, что мы ни о чем не говорили», – отвечал Твилли.