Читаем Хроники Смирнова полностью

Послышались четыре громких хлопка. Смирнов обернулся. Это полицейские выпустили газовые гранаты, которые, оставляя за собой зеленоватый след, летели по параболе прямо по протестующим. Те не остановились, а только надели повязки, предварительно смоченные водой. Шествие резко ускорило шаг, переходя на медленный бег.

Хлопки раздавались один за другим. Крещатик заполонило огромное облако слезоточивого газа. Тогда ОМОН стал цепью наступать, шаг за шагом. Сзади подъехали полицейские водомёты, которые мигом пустили струю под мощнейшим напором по толпе. Постепенно шествие замедлилось, а потом из колонны превратилось в хаотичное месиво. Люди стали зажигать файеры, которые выделяли протестующих из газового облака.

Тогда полицейская цепь расформировалась, превратившись в атакующий клин. Они били дубинками всех без разбора, а падающих арестовывали. Подоспело полицейское подкрепление. Началась стрельба резиновыми пулями. Это было настоящее столкновение. Толпа против толпы, а самое главное – украинцы против украинцев. Смирнов всё это дело снимал на фотоаппарат, а звук записал на диктофон. Когда он закончил съёмку, быстро побежал обратно в отель, по той же Михайловской улице. Он нёсся, пожалуй, быстрее ветра. Но он попал на чью-то подножку, упав лицом на брусчатку, после чего получил раз десять дубинкой по спине. Это было очень больно. Смирнова подняли под руки и повели к полицейской машине двое ОМОНовцев.

– Ну що, Бандера, як тобі деньок? Сонячно, чи не так?16 – ехидно спросил один из них

– Что? Я не понимаю по-украински. Я журналист из Москвы! – закричал Смирнов, после чего получил удар под дых

– Говори-говори, поки зуби є. Скоро не наговоришся!17 – говорил всё тот же ОМОНовец

– Да отпустите же меня! На каком основании вы задержали российского подданного?

– Ти подивися, що говорить. "Росссійский підданий"! І сміх і гріх.18 – залился смехом второй служащий.

Они грубо закинули Виктора в кузов полицейской машины, где лежал один сильно побитый демонстрант, и закрыли за ним дверь, сказав:

– Ось зараз старший лейтенант підійде, і ми дізнаємося, де буде твоя могила: у Львові чи все-таки в Житомирі?19

Смирнов сидел с разбитой губой в тёмном кузове, куда доносился свет только из-за решётки.

– Тварі! Ненавиджу цих поліцейських! Мене взяли за те, що я вийшов свою думку сказати! 20 – полуживым хриплым голосом заворчал лежащий рядом демонстрант

– Что? Можно по-русски? Я не местный. Меня вообще ни за ч о взяли, я просто журналист…

– Москаль? Я тобі зараз знесу твою голову і покажу, хто господар в Україні!21

– Спокойно, спокойно. Что я тебе сделал?

– Ви все – російські зіпсували нам життя, і через ваш Януковича наші брати вмирають там, на Майдані. І зараз ти отримаєш за це.22

– Послушай сюда, собака ты паршивая, ещё одна угроза в мою сторону, и моя нога сплющит твою шею!

– Що ти сказав?23

– Что слышал!

Лежащий начал вставать.

– Да лежи ты спокойно, успокойся! – сказал спокойно Смирнов; тот не успокаивался и почти встал

– Ну все! Молися, свиня!24

Виктор ногой двинул украинцу прямо в живот, отчего тот принял исходное положение

– Ещё есть вопросы? – спросил Смирнов таким же невозмутимым голосом

– Ну нічого, потім розберемося! Коли переможемо, від тебе і мокрого місця не залишиться, москаль! 25– тихо пробормотал украинец

– Что ты там сказал?

– Ничего, ничего! – на ломаном русском ответил демонстрант

– То то же!

Дверь кузова со скрипом открылась, внутрь вошёл знакомый нам человек и штатском.

– Русский! Я же тебя предупреждал! Говорил тебе, а ты…

– Товарищ старший лейтенант! Позвольте объяснится! – по-армейски заговорил Смирнов – Дайте мне минуту, пожалуйста!

– Валяй!

Виктор рассказал ему всё, как есть. И про ОМОНовца, и про фотографии, и даже предъявил интервью. Украинец же в это время тихо напевал песни группы «Океан Эльзы».

– Эх, вот ты, русский, прямо как червь! Везде извернёшься! – усмехнулся мужчина в штатском – Ладно, я тебе верю! Но больше ты на Майдане не появляйся, понял?

– Понял.

– Отель далеко?

– Нет, в низине.

– Мои ребята тебя проводят.

– Хорошо! И да…спасибо вам, товарищ старший лейтенант! – козырнул Смирнов

– Иди! Ну а теперь мы разберёмся с этим гражданином! – кивнул он в сторону лежащего украинца.

Смирнов в сопровождении двух полицейских направился к отелю.

Майдан к этому моменту гудел ещё пуще, чем во время начала столкновения. Даже в квартале от места событий слышались звяканье цепей, хлопки от гранат и резиновых пуль. Вдруг стал раздаваться лёгкий стон.

Виктор остановился и обернулся – к полицейской машине на носилках подносили трёх раненых ОМОНовцев. Их лица и ладони были в крови.

Смирнов отвернулся и гордо пошёл к отелю.

Он зашёл в номер, где сидела пьяненькая Анна Никольская, которая, видимо, опустошила пару бутылок шампанского, не считая ту, что была утром.

– Милый! Привет! – заговорила она пьяным голосом

– Ты пьяна?

– Нет, ни сколько! Дай я тебя обниму! – Анна встала и, шатаясь, подошла к Виктору, но тот показал отвергающий жест – Ты ранен? – завопила девушка

– Немного…