Читаем Хроники Брэдбери полностью

Через несколько месяцев регулярной переписки и бесед мне удалось убедить его, что мир давно нуждается в биографии Рэя Брэдбери. Однажды за обедом в ресторане Pacific Dining Car в Санта-Монике он наконец согласился, и с тех пор каждые три-четыре недели я прилетал из Чикаго в Лос-Анджелес, чтобы провести незабываемое время в обществе человека, прожившего фантастическую жизнь. Мы катались по городу на лимузине Рэя, ужинали допоздна в Чайна-тауне и ходили на постановки пьес Брэдбери в его собственном театре Pandemonium. Я наблюдал за тем, как Рэй читает вслух зачарованным слушателям в библиотеках, церквях и других общественных местах, сопровождал его на автограф-сессиях по всей Южной Калифорнии. Мы часто ездили в Голливуд; одним солнечным днем он обернулся и спросил: «Хочешь увидеть мою звезду?» Мы посмеялись над тем, как абсурдно и эгоцентрично это звучит, а потом, конечно, нашли на голливудской Аллее Славы его звезду, заложенную 1 апреля 2002 года. Рэй водил меня по кладбищу Hollywood Forever, где любил подростком гулять между гранитных плит, охраняющих могилы старой голливудской гвардии. Мы катались по городу и любовались архитектурой нового концертного зала Disney – органично вписанного в городской пейзаж могучего монолита, напоминавшего Рэю оригинальные футуристические конструкции всемирных выставок его детства. А иногда мы ездили в загородный дом Рэя в Палм-Спрингс, ужинали в ресторане мексиканской кухни и разговаривали, часами разговаривали обо всех эпохах его жизни.

На свой восемьдесят третий день рождения Рэй пригласил нас с женой на праздничный ужин, который устроило в его честь Планетарное общество. Главный подарок в этот день оказался поистине космическим: Марс, центральная планета мифологии «Марсианских хроник», подошел к Земле на пятьдесят пять миллионов и почти семьсот тысяч километров – ближе всего за последние шестьдесят тысяч лет.

А вечер Хэллоуина 2003 года я провел с Рэем и его младшей дочерью Александрой за вырезанием праздничных тыкв, пока проливной дождь остужал разогретые солнцем улицы Лос-Анджелеса. Хэллоуин с детства был любимым праздником Рэя – с подачи любимой тети Невы, его главной вдохновительницы. Даже в восемьдесят Брэдбери истово соблюдал традиции в канун Дня Всех Святых.

Много было и других памятных встреч. Каждое лето мы ездили на фестиваль комиксов в Сан-Диего; во время нашей первой поездки в 2001 году Рэй купил для Мэгги комикс по мотивам романа «В поисках утраченного времени», прекрасно зная, что она будет закатывать глаза и ругаться на упрощение ее возлюбленного Пруста до самой примитивной формы изложения в картинках. Когда мы привезли книгу домой, Мэгги посмеялась вместе с нами.

Лично познакомившись с Рэем Брэдбери в 2000 году, я затем имел счастье провести много дней в обществе американского кумира, чьи книги уже не одно десятилетие считаются обязательными к прочтению по всему миру, и узнать его как человека. Мне открылись очень личные черты характера этой чрезвычайно публичной фигуры. Рэй Брэдбери обожает сладости, особенно шоколадные батончики Clark; в ресторанах он всегда заказывает на десерт ванильное мороженое с шоколадным соусом, даже когда его нет в меню. Ужиная как-то раз с Мэгги в одном парижском кафе, Рэй заказал свой излюбленный десерт; официант принял заказ, а потом обнаружил, что необходимых ингредиентов на кухне нет. Тогда он в панике послал человека в известную лавку мороженого в центре города. После невероятно долгого ожидания, когда Рэй с Мэгги, отчаявшись, уже собирались уходить, десерт наконец прибыл, совершив путешествие по булыжным мостовым и перегруженным магистралям через весь Париж.

А вот еще интересные факты: Рэй Брэдбери никогда не водил машину, однако в гараже у него стоит шоколадного цвета «ягуар» 1971 года выпуска – обязанности водителя в семье выполняет Мэгги. Рэй не любит принимать лекарства, а когда у него болит голова, полагается на самогипноз. Он не читает книги других фантастов и авторов фэнтези: «Не хочу невольно украсть их идеи». Рэй не верит в антропоморфного бога: «Это слишком ограниченная идея. Вселенная – огромная загадка. Мы не знаем, как она была создана». Тем не менее у него есть своя теория: «Вселенная существовала всегда. Почему нет? Это не менее правдоподобно, чем Большой взрыв».

Мэгги как-то раз по секрету сообщила, что из своих книг Рэй больше всего любит «Вино из одуванчиков», а сам он утверждает, что любимого произведения у него нет: «Все они мои дети. Нельзя выбрать самого любимого ребенка».

У Рэя необузданное чувство юмора, что может стать неожиданностью для тех, кто ожидает увидеть в авторе «451° по Фаренгейту» мрачного пророка-параноика. Однажды мы возвращались домой поздно ночью; выйдя из лимузина, Рэй продолжал что-то рассказывать, громко смеясь и жестикулируя. В доме через дорогу приоткрылось окно, и темный силуэт, высунувшись наружу, прокричал: «Заткнись!» Представляете – Рэю Брэдбери велели заткнуться! Он посмеялся, и мы прошли к себе, продолжая шумно разговаривать.