Читаем Хроники Брэдбери полностью

Расовая несправедливость была важной темой ранних произведений Брэдбери – от «Я никогда вас не увижу» (I See You Never) и «Высоко в небеса» (Way in the Middle of the Air) из «Марсианских хроник» до «Око за око» (The Other Foot) из «Человека в картинках». Рэй не помнил, чтобы родители открыто проявляли расизм, но говорил: «[У] всех нас есть тайные предрассудки, даже если мы о них не подозреваем». Рэю-подростку было известно лишь, что отец презирает католиков и ирландцев (по иронии судьбы, повзрослев, Рэй женится на ирландке, исповедующей католицизм). Тем не менее в «Большой игре между черными и белыми» – глубоком размышлении о неведении, подпитывающем расизм и ненависть, – Рэй намекает на то недоверие, с каким его собственные родители относились к афроамериканцам в начале 1930-х годов. Хотя Рэй настаивал, что люди могут меняться, и верил, что родители изменились, в тот вечер, когда вся семья сидела на трибунах у тихого озера Делаван и двое мальчишек громко поддерживали чернокожего продавца попкорна, предубеждения Лео и Эстер сделались очевидны.

В День труда 1932 года, накануне первого учебного понедельника, Рэй отправился на ежегодный фестиваль, который проводило на берегу озера Мичиган местное отделение Ветеранов зарубежных войн – Пост 281. Двенадцатилетнего Рэя ждала масса впечатлений: процессия гондол на озере, конкурс красоты среди шестнадцати местных девушек в купальниках и облезлый старый цирк «Объединенные шоу братьев Дилл». Рэй с нежностью описывал эти цирковые представления: «[П]ыхтящая каллиопа, гирлянды лампочек, воздушные гимнасты… и повсюду запах капусты. Все было ржавое и потертое, как грязная львиная шкура». Несмотря на обветшалость цирка, эти представления и последовавшие за ними события произвели на мальчика неизгладимое впечатление. На смену прекрасному лету пришли тяжелые для семейства Брэдбери времена. Леонарда сократили, и он задумал очередной переезд в Аризону, а дядя Лестер, младший брат матери Рэя, трагически погиб в результате вооруженного ограбления.

Лестер Томас Моберг, ветеран Первой мировой войны, был красивым, блистательным мужчиной с хорошим вкусом. Он работал служителем в ветеранском госпитале на юге Уокигана, был разведен и воспитывал дочь, Кэрол. Как-то ясным вечером понедельника Лестер повел коллегу, медсестру Этель Миллер, которая тоже разошлась с мужем и одна воспитывала сына, на представление в театр Genesee. Около одиннадцати часов вечера Лестер и Этель вышли из театра, сели в ее «форд»-купе и поехали кататься. Они выехали за город, проехали мимо фермерского дома и свернули на дорожку за ним. Двадцать минут Лестер и Этель просидели в машине, наслаждаясь ночной тишиной, как вдруг окно с пассажирской стороны осветилось фонарем, и испуганные любовники увидели холодный блеск ружейной стали. Человек, чье лицо оставалось в тени, велел им выйти из машины и стал рыться в салоне в поисках денег. Ключи зажигания он прикарманил, чтобы жертвы не смогли пуститься в погоню. Закончив свое грязное дело, он пошел прочь, но Лестер окликнул его, прося вернуть ключи. Грабитель потребовал, чтобы за ключами подошла Этель, Лестер отказался ее отпустить и нагнал грабителя сам. В ходе потасовки тот ранил его выстрелом в печень.

Почти неделю Лестер пролежал в больнице, борясь за жизнь. Вся семья вечерами собиралась в доме его брата Инара в ожидании звонка с сообщением о состоянии раненого. Однажды вечером, пока взрослые в гостиной ждали новостей, Рэй, Скип, Вивиан и их кузина Ширли, не сознавая серьезности ситуации, сидели на втором этаже и рассказывали друг другу истории о привидениях. «Истории о привидениях! Ну и выбор для такого вечера», – писал Рэй в рассказе 1948 года «Дом разделившийся» (House Divided), в котором творчески переосмыслил воспоминания о том мрачном вечере. «Истории о привидениях были лишь поводом пообжиматься», – пояснял он. Пока взрослые внизу ждали и молились о том, чтобы Лестер выкарабкался, дети наверху рассказывали в темноте страшные истории, и уже скоро Вивиан прижалась к Рэю, а Скип с Ширли уединились в темном углу на другом конце комнаты.

Однако подростковым любовным играм быстро настал конец: внизу зазвонил телефон. Из больницы сообщили, что Лестер скончался от осложнений, полученных в результате ранения. Два дня спустя Брэдбери и Моберги собрались на кладбище Pineview Cemetery в северной части города, чтобы предать тело Лестера Моберга земле. Похороны оплачивали родители Лестера и, поскольку денег у них не было, памятника не поставили. Безымянной могила остается и по сей день.