Читаем Хранители оберегов полностью

– Н-да, дела! И Малинку не позовёшь. Мы дальше этой поляны никогда не ходили, – растерянно сунул руки в карманы мальчик.

– Что делать? – Бэлла чуть не рыдала.

– Придумал! Давай ты меня оттуда летать научишь. Тогда я прилечу и сниму тебя.

Бэлла шмыгнула носом:

– Если ты воробьём станешь, как меня поднимешь? Они же маленькие!

– А ты снова в белку превратись. Мы вдвоём с Храбрым тебя унесём.

– Я не могу превратиться. Это как-то само собой получается. Когда я по дереву бегу.

– Ладно, – пытался найти выход Андрей. – Раз ты вниз бежать не можешь, побежишь вверх. Там ещё высоко.

– А если вы не успеете? Кто меня оттуда достанет?

– Успеем, – заверил Бэллу Андрей. – Подождешь, пока я с Храбрым подлечу. И как ты в белку обернёшься, мы тебя сразу схватим. Наверное, больно будет. Немножечко. За шкурку нести придётся.

– Ничего, потерплю, – согласилась на рискованный план Бэлла. Другого у неё всё равно не было.

– Хорошо, – Андрей потёр занемевшую шею. Из-за того, что он долго смотрел ввысь, мышцы затекли и неприятно покалывали. И тут его взгляд наткнулся на оставленную в траве обувь девочки. Несмотря на тёплый солнечный день на дворе стоял октябрь, и гуляние с босыми ногами в такую пору могло закончиться серьёзной болезнью. – Бэлла, у тебя же ноги голые! – спохватился мальчик.

– Знаю, – обречённо ответили с дерева. – Сюда башмаки не докинуть.

– Хвостик! – внезапно оживился бельчонок, крутанулся вокруг девочки и исчез за домиком. Минуту спустя зверёк уже стоял около ботинок. Он внимательно их осмотрел, словно прикидывая по силам ли ему такая ноша, но то, что ноша для него велика было видно невооружённым глазом. Хвостик на мгновение замер, а затем вприпрыжку бросился куда-то в лес.

Бэлла-белочка

– Твой обережек что-то задумал, – передал девочке Андрей, проводив бельчонка взглядом. – Надо поскорее учиться, пока у тебя ноги не отмёрзли. Что делать, говори?

Бэлла взяла себя в руки и попыталась сосредоточиться на занятии так, будто она находилась сейчас рядом с Андреем, а не болталась между небом и землёй в воздухе.

– Сначала установи связь с оберегом; проверь зрение, слух и обоняние. Как мы обычно это делаем. Храбрый тебе подскажет, он знает, – за разговором девочка умелым жестом перевязала себе волосы в пучок и воткнула в него длинную китайскую заколку-спицу. Она всегда носила такую причёску во время уроков в их тайном обществе, и теперь, во власти привычки, почувствовала себя немного лучше. – Если всё пройдёт нормально, попробуй взлететь. Представь, что ты птица. И… и…, – Бэлла старалась подобрать слова, чтобы объяснить, как именно ей удаётся превращаться в белку, но на ум не приходило ничего путного. Наверное, потому что она и в самом деле не знала, как это у неё получается. – Помнишь, я про беличьи лапки рассказывала? Тебе тоже нужно найти главное. Из-за чего птицы летают, – сделала она приблизительный вывод.

– Понял, – отрапортовал Андрей. – Сейчас попробую.

В то время как мальчик с воробушком проходили предполётную подготовку, к ботинкам Бэллы вернулся Хвостик, ведя за собой с десяток таких же рыжих шкодливых мордашек. Совместными усилиями зверьки кое-как затащили в домик на дереве девчоночью обувь, в которую были небрежно вложены по паре носок: одни обычные, другие – тёплые шерстяные. Бэлла быстро натянула их на ноги, а затем влезла в ботинки. О том, что вскоре ей снова придётся разуваться, даже думать не хотелось.

Спасители, получив от девочки горячие благодарности, незаметно растворились среди деревьев, а Хвостик остался наблюдать за Андреем, который безрезультатно махал руками и всё падал, и падал с коряги, что торчала посередине опушки.

– Не получается! – запыхавшись крикнул он Бэлле.

– Ты узнал, почему птицы летают?

– Я думаю, что из-за перьев. Они их на воздухе держат, как этот… дельтаплан. Вот!

– И ты себя в перьях представлял?

– Вроде представлял, – промямлил Андрей. Бэлла еле-еле его расслышала. Она невольно улыбнулась той картинке, что нарисовало её воображение, где мальчик стал похожим на огромную курицу.

– Тогда это не главное, – она озадаченно закусила губу. Видать, сидеть ей на дереве до конца своих дней. – Тебе дед про птиц ничего не рассказывал?

– Точно! Рассказывал! Я ещё подумал, что странно это как-то.

– Что странно?

– Не помню, – злясь на самого себя, мальчик вышагивал вдоль и поперёк по поляне. Бэлла отрешённо наблюдала за его чеканным солдатским маршем. – Нет, – резко остановился Андрей, – не странно, а страшно.

– Что? Мне не слышно?

– Когда дед рассказывал, я подумал, что это не странно, а страшно. Он говорил, что птицы летают потому, что у них кости внутри пустые. Кости лёгкие, а у человека тяжёлые, и поэтому он никогда взлететь не сможет.

– Ну не знаю, – скривилась Бэлла. – А как ты такое представишь?