— Гермиона, если этот человек твой друг, тут всё понятно. Ради друга можно и попинать, заставляя учиться, и на мозги покапать, помочь, объяснить – не сейчас, так потом, когда подрастёт, оценит… если умный. Но стоит ли водиться с дураком? Лучше с умным потерять, чем с дураком найти.

— То есть давать списывать?

— Как хочешь. Можешь и не давать, если совесть мешает дать списать. Ты сама это должна решить. Это не мой совет должен быть, не родителей. Только твоё решение и твоя ответственность. Я же просто указываю на возможные последствия твоих решений. Выбор за тобой. Но вот чего точно не нужно делать, так это лезть с помощью, о которой не просят. Тем более в такой навязчивой манере. И эти прыжки на месте с вытянутой рукой… Ты учишься прежде всего для себя. Ставь планку, учись, узнавай. Зачем знания показывать, если не просят? К тому же… лучше, если тебя будут недооценивать. «Если ты слаб, показывай, что силён. Если силён, покажи, что слаб».

— А… Это что?

— Сунь Цзы, — Саймон встал, подошёл к книжному шкафу, покопался и вернулся с книжкой, — Вот тебе задача на месяц. Через месяц жду от тебя письменного доклада. Небольшого, страниц на десять. Только основные мысли и идеи, а также твои комментарии к ним – отношение (согласна/не согласна), пример из жизни, где тебе попадалась похожая ситуация).

Девочка неуверенно взяла книгу, раскрыла, прочитала первый абзац.

— Хорошо, мистер Кливен.

— Вот и ладно. А сейчас отнеси книгу в комнату и переодевайся. Будет заниматься.

— Мистер Кливен, но я ещё уроки не сделала…

— Знаю. Но сегодня немного изменим твоё расписание. Уроков сегодня ты делать не будешь.

— Что?! — Это явно был крик души.

Мистер Кливен усмехнулся.

— Да-да. Никаких уроков. Завтра ты придёшь в школу неготовой.

— Но…

— И не будешь поднимать руку при вопросе учителя, даже если знаешь ответ.

— А если меня спросят?

— Ответишь.

— Но если я не выучу…

— Признаешь это.

Шок. У бедной девочки даже в голове не укладывалось, как можно не выучить уроков, потому маг всё же решил объяснить, хотя и не хотел изначально.

— Такой опыт тоже полезен. Я даже уверен, что тебя завтра спросят, если ты перестанешь тянуть руку постоянно. Учителя привыкли ведь к вечно поднятой твоей руке, а тут… их это заинтересует. Кто-нибудь, да спросит.

Девочка задумалась.

— Эй! Я тебе говорил всё это не для того, чтобы ты училась усерднее, а потом сидеть и не тянуть руку, чтобы спросили.

— Не читайте мысли, господин учитель, — обиделась девочка.

— Ты слишком старательно думаешь. И твой метод долго всё равно не сработает. Только пока твоя опущенная рука будет внове.

— Но зачем?

— Потому что в школе ты не только получаешь знания, но и учишься жизни, а такой урок тебе лишним не будет. В конце концов, я же не прошу тебя постоянно не учить уроки. Наверстаешь ещё пропущенное.

Гермиона привыкла слушаться взрослых, особенно слушаться надо родителей и учителей. А ещё нужно соблюдать правила, хорошо учиться. Это говорили и учителя, и родители. И вдруг раз, взрослый говорит не учить заданное на дом и что это тоже важный для неё урок. Но ведь он учитель…

— Ладно, — неуверенно согласилась девочка.

— Вот и хорошо. А сейчас переодевайся и вниз. Наконец мы начнём серьёзные занятия, а также будет ещё лекция о направлениях в магии.

При слове «лекция» девочка немедленно вскочила и помчалась наверх, чтобы поскорее приступить к «серьёзным занятиям».

Глава 7

Мистер Кливен, удобно устроившись в кресле за журнальным столиком и, пристроив трость рядом, с наслаждением потягивал чай, одновременно поглядывая на девочку, занимающуюся разминкой. С бегом она уже закончила и теперь старательно тренировала растяжку. Сам Саймон изредка поправлял её, если считал, что какое-то упражнение сделано неправильно, или же давал сигнал на переход к следующему упражнению. Но вот девочка подошла к шведской стенке и повисла на руках, делая махи ногами, а потом согнула уголок. В этот момент мистер Кливен отставил пустую чашку, откинулся на спинку и соединил кончики пальцев.

— Что ж, настало время небольшой лекции.

Девочка, старательно держа согнутые под прямым углом ноги, явно что-то хотела сказать, но только покраснела от напряжения.

— Да ты не стесняйся, спрашивай, — с небольшой толикой ехидства разрешил мистер Кливен.

Гермиона тут же расслабилась и просто повисла на руках.

— Лекцию? — возмущённо спросила она. — Сейчас?

— Во-первых, команды расслабляться не было, держи пресс. А во-вторых, что не так?

Девочка снова подняла ноги, но в таком положении разговаривать приходилось с напряжением.

— Я не запомню, — с трудом просипела она.

— Вот что значит тренировка с зельями, — покачал головой мистер Кливен. — Без них ты не смогла бы так тренироваться, но с ними твой организм не успевает перестроиться. Ничего, через месяц ты в таком положении петь сможешь.

— Восхищена, — пробормотала Гермиона.

— О, наконец-то хотя бы попытка огрызнуться, — обрадовался Саймон. — До этого едва силёнок хватало ответ просипеть, а тут они вдруг нашлись. Я думал, это случится позже.