Поэтому мальчишку, конечно, необходимо вернуть. Но не для того, чтобы сделать рабом, а для того, чтобы принародно принести в жертву, казнив какой-нибудь особо мучительной казнью. Своим сказать, что это дар знакомым с детства богам Иридарха. А про себя знать, что это жертва – для его собственных богов, до сих пор дарующих ему силу и удачу.

Вот как он поступит.

И очень хорошо, что мальчишка добрался до Города. Его ультиматум в любом случае достигнет цели.

Если откажут – начнется война. Все равно Иридарх сейчас сильнее, хотя, конечно, еще несколько лет подготовки не помешало бы. Если же мальчишку из Маалена выдадут – еще лучше. Город лишний раз будет унижен. А через пять-шесть лет исход войны между ним и Иридархом будет предрешен еще до начала. В пользу Кеоркса, конечно.

Все. Решение принято.

Кеоркс кликнул раба и велел тому привести писаря: все, что им решено, не следует откладывать ни на минуту. Ведь это решили боги.

Глава 17

Если в Европу – то на «танке» (продолжение)

Место: Россия – Белоруссия – Польша.

Время: три года после точки отсчета.

Переночевали, недалеко отъехав от Москвы, прямо в придорожном мотеле, коих развелось на всех трассах уже достаточно. Снаружи – стены из сэндвич-панелей, с простенькой, белого цвета пластиковой отделкой. Небогато, но глаз не режет. Внутри тоже без излишеств, однако все чистенько, пусть даже слово «уют» в данном случае и не применишь. Сэкономили строители разве что на сортире. Его габариты никак не были помехой для стройных Лариски и Натальи, но напрягали не особенно стройного Береславского.

По этому поводу он даже решил утром не бриться. Хотя все присутствующие, включая самого Ефима Аркадьевича, прекрасно понимали, что не бриться он решил не из-за маленьких размеров туалетной комнаты, а из-за гигантских – своей лени.

Ну да и ладно. Решил и решил.

Довольная жизнью компания перемещалась на прилично загруженном «патруле» – в поход дамы, даже за единственный отведенный им час собрались основательно, в отличие от отца-предводителя. Карта и спутниковый навигатор пока не требовались – машина ехала строго на запад со средней скоростью сто километров в час. Ехать было приятно: и трасса не слишком забита, и солнышко подсвечивает дорогу сзади, а не бьет в лицо.

Очень скоро добрались до Белоруссии. На границе, в придорожной будочке, оплатили какой-то невнятный сбор, заодно прикупив «грин-карту» – страховой полис для передвижения по Европе. Ефим на всякий случай оплатил месячную страховку, справедливо предполагая, что в таком деле никогда не угадаешь точные сроки.

По Белоруссии понеслись еще быстрее: деревень здесь было меньше, зато появились обустроенные места для «полевого» отдыха – несколько раскрашенных скамеек со столиками. Ефим, как закоренелый либерал, подозрительно вглядывался в страну, управляемую, как писала западная пресса, «последним диктатором Европы». Но явных следов диктатуры так и не обнаружил.

Страну пролетели слишком быстро. К раннему вечеру уже подъезжали к Бресту.

Ефим терпеть не мог всяких бюрократических заморочек и с ужасом предвкушал все прелести приграничных очередей. (Это, кстати, была одна из подсознательных причин, по которой он осчастливил Наташку участием в поездке, – кто-то же должен заполнять документы и ждать, пока вызовут к очередному окошку!)

Действительность превзошла все ожидания: мимо начала очереди Ефим проскочил, поскольку просто не представлял себе, что такие длинные очереди на свете бывают. А проскочив начало, был вынужден ехать дальше, потому что развернуться на узкой дорожке, с обеих сторон которой бампер к бамперу стояли машины, было уже невозможно. Не пятиться же задом несколько километров!

Чувствовал себя при этом Береславский не очень – сам не любил таких, наглых, лезущих к переездам и светофорам. Но поскольку Ефим Аркадьевич долго себя любимого корить не мог, то быстро выписал себе индульгенцию. Во-первых, он же не нарочно проскочил, а во-вторых, он едет по важному делу, в отличие от сотен машин и машиненок, которые норовили проскочить белорусско-польскую границу в своих мелкоспекулятивных интересах.

Ефим включил фары и мощные «противотуманки», справедливо полагая, что в нашей стране (а Белоруссия, несомненно, – наша страна) – лишняя доза крутизны никогда не повредит. Так оно и вышло: «Патрол» доехал прямо до заграждений и остановился, неловко перекрыв вход на таможенную стоянку.

К нему тут же подошел молодец в форме.

– Что вы сюда подъехали? – как-то странно начал он.

– Мне нужно быстро проехать границу, – честно ответил ему Береславский.

Включив всю свою «светомузыку», он и впрямь почувствовал себя «крутым», как актер, который, надев наполеоновскую треуголку, начинает чувствовать себя Бонапартом.