Читаем Хозяин зеркал полностью

Тем не менее скучающий Господин W провозгласил сезон охоты открытым. За шкуру гребенчатоспинного варана и чудо-птицы объявили награду в пятьсот долларов. Горожане взбодрились, и уже на следующий вечер проклятая птица была доставлена в замок Господина W – угрюмое сооружение из гранита и оникса, уродовавшее северо-восточную окраину Города.

Господин W не любил свой замок. Не любил ни глубокий, наполненный кипящей смолой ров, ни подъемный мост с тяжелой решеткой, ни черно-красные бастионы, возносящиеся вверх – выше и выше, словно запятнанные кровью клыки, готовые сомкнуться на сияющем шлейфе Авроры. Не любил подземелье с томящимися узниками и обширный, вымощенный камнем плац, где проходили учения Стальных Стражей. Не любил и все же последние два месяца проводил там большую часть времени, потому что в опустевшем особняке Кея делать было нечего, а во дворцы F и P триумвира не допустили бы без предварительного приглашения. Приглашать же его никто не спешил.

Отловленную доброхотами птицу приволокли в замок и выгрузили из комка сетей во дворе. Господин W, скучающий и рассеянный, поднялся из подвала, где в приятной прохладе развлекал себя воплями и стонами пытаемых узников, и уставился на трофей. При ближайшем рассмотрении птица оказалась нелепым крылатым механизмом, в седле которого барахтался молодой тролль. Господин W уже совсем было собрался приказать выдать доброхотам по пятьдесят плетей, а тролля швырнуть в ров с кипящей смолой, когда блуждающий взгляд пленника остановился на лице хозяина замка. У себя в резиденции Господин W маску не носил, и это решило дело. Мутные глаза воздухоплавателя прояснились и просияли. Восторженно ухнув, он возопил:

– Черныш!

Собственные узкие глаза воителя изумленно расширились. Доброхоты съежились и начали медленно пятиться к воротам. Между тем Рэм, а это был именно он, радостно продолжал:

– Ну ты же помнишь? Томная Гретхен, громила Фред. Ты провел меня в весьма почтенное заведение. А потом целовался с русалкой! А еще потом бил о стену замороженным толстяком. А потом мы пошли искать махолет, но нашли прекрасную фрау в клетке. А потом моя прекрасная фрау улетела… – Тут тролль хлюпнул носом и горько вздохнул. – Совсем улетела, разбив мне сердце и бросив меня в печали и в снегу, и с тех пор я ее не видел никогда, хотя искал каждый день. А Вигго говорит, что никакой фрау не было и мне все приснилось спьяну. Но я же видел! Ты тоже видел и помнишь. Скажи, что помнишь! Она ведь была, так?

Доброхоты замерли от ужаса. Они тщились вообразить, какой немыслимой пытке гневливый Господин W подвергнет наглого тролля, да и их за компанию.

Господин W напряг память. Где-то он точно видел этого чудака. Но где? И при чем тут птица, какая-то фрау и особенно Вигго?

Тролль, неловко дрыгая ногами, наконец-то выбрался из сетей. При этом одна из притороченных к седлу кожаных сумок лопнула, усыпав плац своим содержимым. Господин W, нагнувшись, лениво подобрал листовку.

В листовке, как обычно, обличались гнусные махинации триумвиров, устроивших эпидемию и превращавших живых людей в удобрения на заводе «Полярная звезда». За этим следовали призывы к революционной борьбе и праведному отмщению. Под всем этим красовалась размашистая подпись: «R.V.S.S.», причем буква R ощутимо и нагло довлела над своими товарками.

Господин W нахмурился. Смял листовку в кулаке. И обернулся к неудачливому воздухоплавателю.

– А ну пошли! – рявкнул он, ухватив тролля за воротник широкой рубахи и вздернув на ноги.

– Куда?

– Да уж не к Вигго, – саркастически усмехнулся W. – Пошли искать твою фрау. А точнее – полетели.

Вот так и получилось, что в этот закатный час Рэм вовсю крутил педали, а Госпожа W на втором сиденье вглядывалась в зубчатый ландшафт городских крыш сквозь прицел снайперской винтовки.

«Все не то», – думала Дафна, щуря раскосые скифские глаза. Даже этот черепичный лабиринт, сложный, запутанный и немного таинственный, суливший еще недавно славные приключения, превратился в вырезанную из жести плоскую картинку. Жестяной пейзаж заливала гнойно-желтая краска заката, и уныло бугрились на нем серые волдыри полицейских дирижаблей. Удручающее зрелище.

Так уже было однажды. Давно – пять или даже шесть лет назад, что для существа с короткой памятью целая вечность. Тогда Кей тоже ушел из Города и пропадал где-то почти год. Но кем был Кей для тогдашней Госпожи W? Игрушкой, мальчишкой, одним из многих и многих. Одним из миллионов мальчишек, попавшихся ей на пути. А теперь?

А что теперь? Дафна сердито тряхнула головой, смахивая с ресниц едкие, такие неприятные слезы. «Это ветер, – решила она. – Проклятый ветер бьет в глаза, вот они и слезятся». Девушка прикрыла лицо рукой в грубой кожаной перчатке. В другой руке она по-прежнему сжимала винтовку.