Читаем Холостой прогон полностью

— В обоих случаях электронные мозги уверенно сказали «да». За последние десять лет Виккерс трижды подвергался аресту. Все три раза — за оскорбление действием. Мистеру Виккерсу доставляет удовольствие наносить людям побои при стечении большого числа зрителей. Однажды он едва не убил человека, тот остался калекой на всю жизнь. Но адвокату Виккерса удалось замять дело, не доводя его до суда, при помощи очень большой, я бы даже сказал, подозрительно большой денежной суммы. Виккерсу, по его официальным доходам, потребовалось бы полжизни, чтобы столько заработать. Страховая компания предпочла закрыть глаза на размеры компенсации, предположив, что у Виккерса имеется очень богатый друг, пожелавший остаться неизвестным. Всякий раз, когда его арестовывали, к его услугам оказывались самые лучшие и самые дорогие адвокаты. Однажды его адвокатом был Макс Готтфрид. Как это тебе на закуску?

— Все сходится! — сказал Квайст.

— Но я сказал, что компьютер ответил «да» на оба вопроса, — продолжил Кривич. — Есть ли нечто связывающее Виккерса с делом Стилвеллов — второй вопрос. За исключением, конечно, волшебного аромата духов Беллини, который ты учуял в квартире этого мерзавца. Ты уж извини меня, Джулиан, но столь летучую субстанцию к делу не подошьешь. Электронный монстр, не задумываясь, снова ответил утвердительно. С того времени, как мы с тобой виделись последний раз, я успел проверить номера телефонов, по которым делались междугородные вызовы с личного телефона Марка Стилвелла из его вестчестерского дома в день убийства Кэролайн.

Помнишь ту, вторую линию, идущую только в его кабинет? Одним из этих номеров оказался номер Виккерса на Одиннадцатой западной. — Кривич изо всей силы грохнул кулаком по столу. — Я хочу немедленно видеть этого мерзавца! Я хочу знать, где он находился в тот момент, когда на Центральном вокзале застрелили Стива Джадвина! И я хочу знать, куда он подевал твою девушку! Наконец, я хочу знать, что он делает в данную минуту!

— В данную минуту он направляется в больницу.

Это так же верно, как и то, что Земля круглая.

— И так же верно, что в больнице его пока нет, — проворчал Кривич. — Помнится, ты как-то говорил мне о своей нелюбви к полицейским методам, дружище. У тебя с собой сережка? Давай-ка её сюда, с её помощью я быстро получу ордер на обыск в квартире этого подонка. Типично полицейская подтасовка улик, а?

— Принимаю упрек, — ответил Квайст.

— А что тебе остается делать, если сейчас только это и может тебе помочь? — саркастически спросил

Кривич. — Не то ты бы давно завел старую песню о грязной игре и закулисных полицейских интригах. Ладно. Лучше скажи, как далеко может ради тебя зайти несравненная мисс Пармаль.

— Конни? А она-то чем может нам помочь?

— Она ведь вчера ходила к доктору Франклу в качестве пациентки, — ответил Кривич. — Её направил лечащий врач, поскольку у неё наблюдался приступ глубокой депрессии, или я что-то перепутал?

— Это был только предлог, о чем тебе прекрасно известно.

Кривич долго задумчиво разглядывал пятно на потолке, потом сладко потянулся и сказал, не глядя на Квайста:

— Отчаявшаяся девушка пришла к доброму доктору Франклу за помощью, рассчитывая на него, как на последнюю надежду, а он, сукин сын, внезапно воспылал к ней страстью и пустил в ход руки. Став достоянием гласности, такой ужасный поступок может стоить нашему доброму доктору карьеры, ты не находишь?

— Кто тебе сказал, что произошло нечто подобное? — напрягся Квайст.

— Мисс Пармаль скажет, если, конечно, захочет, — ответил Кривич. — На что я очень рассчитываю. — Он наконец оторвал задумчивый взгляд от пятна на потолке и искоса взглянул на Квайста: — Надеюсь, доктор Франки достаточно благоразумный человек и сумеет сделать правильный выбор из двух очень простых возможностей: либо он будет публично обвинен в попытке изнасилования пациентки прямо на кушетке в кабинете психоаналитика, либо негласно сообщит нам, где держат под замком миссис Леви.

Сухие, потрескавшиеся губы Джулиана против его воли растянулись в некое подобие напряженной улыбки.

— Ты паршивый, хитроумный и бесчестный коп, Кривич, — сказал он. — Но я почему-то всегда незаслуженно хорошо к тебе относился. А теперь я тебя почти люблю.

— Можешь ли ты вызвать мисс Пармаль прямо сейчас? — поинтересовался Кривич. — Мне почему-то кажется, что в четыре часа утра наш добрый доктор может оказаться куда сговорчивее, чем обычно.

На столе Кривича резко зазвонил телефон, и лейтенант поднял трубку. По мере того как он слушал, его лицо застывало на глазах, пока он не стал напоминать бесстрастного старого индейского вождя.

— Проследите, чтобы всё было сделано как надо, — сказал он наконец, повесил трубку и некоторое время сидел молча и абсолютно неподвижно. — Ты оказался на двести процентов прав насчет Виккерса, — прервав затянувшееся молчание, нехотя сказал он. — Мерзавцу удалось-таки пробраться в госпиталь.

— Его смогли остановить? — возбужденно спросил Джулиан. — Виккерсу наверняка известно, где Лидия!