Читаем Холод (СИ) полностью

Через секунду мы азартно палили по «свинье», исходящей визгом, паром и брызгами кофе, озаряя комнату вспышками, заполняя ее синими клубами сгоревшего пороха и ревом выстрелов.

За стеклянной дверью комнаты промелькнуло испуганное лицо дяди Семы и удивленное — Толика.

Кофе машина, как истинная свинья, пыталась забиться под столики, под стулья, пронырнуть между ног, нанося как можно больше вреда и создавая как можно больше визга и переполоха.

Ну, визгом нас не напугать, а переполох — это обычное состояние нашего «высшего» руководства, которое мы уже привыкли игнорировать.

Во всей этой суматохе мне удалось отстрелить один из розовых «хвостиков», грустно теперь лежащий у ног Амины.

Лязгнула стреляная обойма, упав на пол и азартный вопль: «Перезаряжаю!», как нас и учили на стрельбище, возвестил, что восемь это все-таки меньше, чем шестнадцать. И намного меньше, чем по шестнадцать — дважды!

Точку в нашей охоте на «свинью» поставила все-таки Амина Семеновна, дважды всадив пулю точно в «макушку» кафе машины.

Да, калибр 45, он и в Африке — калибр 45!

Снова перезарядив своего «Орла», Амина легко наклонилась, подхватив с пола две стреляные обоймы и розовый хвостик.

— Думаю, ты не будешь возражать? — Она помахала хвостиком, как флажком, развернулась как профи-фотомодель и сделала шаг к двери, за которой виднелось два бледных лица.

— Я это убирать не буду! — С места в карьер заявил дядя Сема и технично ретировался, оставляя отдуваться за всех меня и Толика.

Комната отдыха превратилась в комнату отходов: 32 выстрела моих, 17 — моего драгоценного босса, это без единички полсотни!

Из полусотни, в сошедший с ума аппарат попало, в самом лучшем случае — десятка полтора, два — «крыша»!

Остальное досталось всему, что находилось в комнате. На уровне пола…

Как мы с ней друг другу ноги не постреляли?

И рикошет нас не побил!

— Ну, вы монстры! — Толик оторопело чесал макушку. — Отчаянные кофеманы…

Основная привилегия начальства — насвинячить вместе с подчиненными, но не убирать!

— Веник и совок на старом месте? — Поинтересовался я у чешущего репу Толика.

— Сейчас принесу… — Судя по взгляду моего коллеги, давненько они тут не отдыхали так душевно.

Собрав останки кофе машины в кучку, принялся сортировать целое от разбитого.

Не так уж много мы и «подстрелили» — пара стульев стала колченогими, в столешнице одного из пяти стволов — входные отверстия от трех сорок пуль сорок пятого и семи, ой нет — восьми! — моего, девяти миллиметрового. Одноразовая посуда — вдребезги, в смысле в «дырочку».

Причем, точно не моего калибра!

А вот паркет — точно моя работа, отверстия аккуратненькие и ровненькие. Обожаю девять миллиметров, особенно — спецбоеприпас, способный вынести средний броник с полста метров. И ранения после них, такие же — ровненькие… Ну, если в мясо попало, разумеется…

Засучив рукава, взялся за принесенную Толиком метлу, быстро сметая все от стен, в центр.

— А, чего стреляли-то? — Осторожно переступая через кучку «рваного и стреляного», Спица помогал мне, как умел.

То есть — развлекал.

— Не, ну то, что кофе машину мы «закомплектовали» — понятно… — Толик перешел на другое место, демонстрируя, что под ним неметено. — Но стрелять-то, зачем?!

— Амина в светлом. — Я покрутился вокруг себя в поисках совка, обнаружившегося в руках у Спицы. — А ее — кофе уделали… И мешок, мусорный, где?

— На, на, склеротик! — Толян протянул мне рулончик, на котором благополучно сидел. — Слепошарый, ё-моё!

Именно за эту его способность — сидеть на самом видном месте, на самых нужных вещах, в самый неподходящий момент, его и держали на работе. Сколько раз, ходишь, сводишь хвосты с концами, кофе жрешь декалитрами, от сигарет, организм понимает, как именно умирает лошадь, а пришел Толик, ляпнул одно слово и всё, сошлось!

Оттого и прозвище у Толика — «Муз»!

— Придется, за кофе ходить в «коридор». — Печали Толика не было границ.

Худой, высокий, а ходить любит меньше, чем я — жрать перловку!

— Толик… — Тяжело вздохнул я, завязывая третий мешок с мусором. — Вот, объясни мне, откуда такая узость мысли, у специалиста — аналитика? Зачем?

— Что — «Зачем»? — Ох, Толик совсем здесь расслабился…

— Зачем Ты будешь ходить за кофе в коридорную КО? — Я протянул Спице два пакета с мусором и поволок свой прочь, к мусоросборнику. — Чего сидишь? Пошли!

— Сайд… Ты издеваешься? — «Муз» никак не мог прийти в себя, от моего вопроса. — Правда ведь, издеваешься?

— Правда. — Признался я. — Зачем постоянно ходить за кофе, в коридор, если можно притащить кофе машину оттуда и поставить у нас?

— Сайд… Но… Это же — воровство!

— Не воровство, а — займ. — Поправил я. — Закупят нам новую — вернем на место. Делов-то…

Через десять минут, выбрав из двух машин — более «навороченную», мы торжественно притащили ее к себе, подключили и теперь стояли и облизывались, на божественно пахнущие клубы кофейного пара, ожидая и предвкушая вкус латте, на языке.

— Что там у Тебя за проблема? — Я, как зачарованный, следил за цифрами на таймере. — Амина просила помочь…

— А-а-а… Там, понимаешь, надо взять показания, у одной… Девочки… А она — дерется!