Читаем Ходок 10 полностью

Тогда, давным-давно, в сводную группу захвата, его — зеленого лейтенантика только-только из школы КГБ, включили лишь потому, что он был снайпером и неплохо владел боевым самбо. Руководство посчитало, что эти достоинства перевешивают отсутствие практического опыта оперативной работы. И в принципе, как ни удивительно, начальство было право — наличие такого опыта ничем не помогло остальным членам отряда, которые с операции не вернулись. В смысле — не вернулись живыми, так-то тела их были доставлены на базу.

Вводная была очень простая: имеется особо опасный преступник, вооруженный, владеет навыками рукопашного боя и внимание! — гипноза. Необходимо взять живым, или мертвым. Предпочтительно живым, но в случае малейших сомнений в успехе немедленно открывать огонь на поражение. Все ясно и понятно. Засада была организована на какой-то недостроенной промышленной стройке в ближнем Подмосковье. Объект, по словам майора, руководившего операцией, должен был появиться из подвала, все входы и выходы из которого были перекрыты оперативниками. Каждое направление возможного движения объекта для надежности контролировалось парой сотрудников. Мышь не проскочит!

Лейтенанта Раталина во время инструктажа посетила крамольная мысль — если объект будут задерживать на выходе из подвала, то каким образом он туда попадет? По подземному ходу что ли? Но, тогда целесообразнее отслеживать именно это ход, а не выходы из подвала. Однако, никаких вопросов он задавать не стал, посчитав, что начальству виднее, и раз уж ему пришла в голову такая мысль, то им и подавно. И вообще — молчание золото. А еще лейтенант подумал, что выскочек нигде не любят, а он человек в коллективе новый и прежде чем тянуть руку, как отличнику с первой парты, надо хорошенько осмотреться и обнюхаться, понять откуда ветер дует, чтобы не попасть впросак. Так что, еще раз отметим — был ли Леонид Иванович умным человеком — неизвестно, но дураком точно не был.

Ну, а все, что произошло потом, долго еще возвращалось Леониду Ивановичу… хотя, нет — тогда еще Леньке, в ночных кошмарах. Не единожды пришлось заново пережить лейтенанту Раталину события того вечера. Бессчетное количество раз просыпался он в холодном поту с бешено колотящимся сердцем. Для круглосуточного дежурства их отряд был разделен на две группы по пятнадцать человек: начальник смены и семь пар оперативников, по числу контролируемых направлений. Напарником Раталина и командиром их двойки был капитан Соколов — жилистый невысокий крепыш с ястребиным взглядом желтых глаз. Был Олег неулыбчивым и неразговорчивым, но веяло от него такой силой и надежностью, что это перекрывало природную угрюмость. Рядом с ним Леха Раталин чувствовал себя спокойно.

Трагедия произошла во время их третьего дежурства. От долгого бесплодного вглядывания в серый предрассветный сумрак терялась концентрация и начинали болеть глаза. В какой-то момент глаза стали слезиться и лейтенант прикрыл их, как ему показалось на секунду, чтобы успокоить. Но, скорее всего он все-таки заснул, да даже не скорее всего — чего уж себя обманывать, а точно заснул, потому что ему снился дождь. И даже когда он очнулся дождь не кончился — горячие капли барабанили Леньке по лицу.

В первый момент он даже подумал, что это и взаправду дождь, только спустя мгновение сообразил, что в январе дождей не бывает. Да еще теплых и красных с запахом мокрого железа. Хотя нет… не с дождя все началось — сначала была беспорядочная стрельба со всех сторон, она-то и разбудила лейтенанта. Стреляли со всех шести постов, только они с капитаном Соколовым огня не открыли. Но, на это у их пары были серьезные причины — капитан лежал с перерезанным горлом, а сам лейтенант Раталин, как только стал поворачивать ствол в сторону неясной тени, промелькнувшей по краю бокового зрения, получил такой удар в живот, который напрочь вышиб из него дух.

Когда тень материализовалась рядом и обернулась мужчиной неопределенного, но явно немолодого возраста, молодой лейтенант был абсолютно беспомощен: автомат лежал метрах в трех, кобура с пистолетом застегнута, единственная надежда оставалась на штык-нож, но самое страшное, что пошевелиться после удара, нанесенного «тенью», Ленька не мог — лежал, как парализованный — уж больно хитрым и сильным был удар. Сразу видно — бил специалист.

Незнакомец присел на корточки и посмотрел лейтенанту в глаза. Ничего человеческого в этом взгляде не было — Тьма и Смерть смотрели на молодого человека. Потом это страшное существо начало задавать вопросы и Ленька правдиво на них отвечал — ему и в голову не пришло под взглядом этих страшных глаз соврать, или отказаться отвечать.