Читаем Хочу стать генералом полностью

На проходной я предъявил свой пропуск. Меня охлопали на предмет оружия. На скамейке уже ждал Валера. Мы вместе зашли к Николаю Ивановичу. Он еще не пришел. Помощник пригласил нас зайти в столовую, но мы отказались, а сели просматривать свежие газеты. Хозяин задержался минут на двадцать, немного поворчал, что могли бы начать завтрак без него. Но мы дружно заверили — без него никогда не сядем. Или мы вместе, или сидим голодные. Николай Иванович засмеялся, но стало видно, ему приятно. За столом мы начали обсуждать статью в газете «Известия» о докторе, который перенес клиническую смерть, вышел из тела, наблюдая за собой и своими сотрудниками из-под потолка. Николай Иванович сказал, что у него есть сейчас полчаса свободного времени, и мы можем эту статью обсудить, но по окончании завтрака. По чашке кофе нам принесли в гостиную. Мы сели в кресла, после чего начался спор о возможности покидать собственное тело. На ранги уже никто внимания не обращал. Через пять минут сошлись во мнениях, что это «движение души». Тогда вопрос: «Что же такое душа в жизнедеятельности человека? Да и что же такое человек»?

В тот момент мы даже не подозревали, как эта тема нас захватит и этот спор с перерывами затянется до конца моего отпуска. Вероятно, что в свободные минуты у Николая Ивановича с Валерием спор будет продолжаться и дальше. Хотя, может, я и ошибаюсь. Начало полемики положил Валера, а мы не возражали. Ведь он доктор медицинских наук. Его диссертация напрямую связана с деятельностью мозга, травмами, контузиями, прочими заболеваниями всей центральной нервной системы. Начал он издалека — как произошел человек и для чего он нужен в природе.

— Мошки, червячки, личинки служат кормом для всякой живой мелочи. Эта мелочь служит пищей для средних особей, средние для крупных, которых мы считаем «санитарами». Сильные пожирают слабых. Все они в результате удобряют землю испражняясь или умирая. Закон размножения сформулирован так, что если кто-то вырывается вперед, то сразу же увеличивается количество тех, кто этот рост ограничивает.

Мы единогласно отвергли теорию Дарвина о происхождении видов, а тем более превращения человека из обезьяны. Николай Иванович заметил, что как вариант, к теории об Адаме и Еве это можно рассматривать. В Библии определенный период времени не упоминается об других женщинах. Только Ева. Ну не могли же сыновья домогаться матери в присутствии Бога. Поэтому, у них альтернатива — самки обезьян. Вот Дарвин и разделил человечество на тех, кто произошел от Адама и Евы, а кто от связи сыновей Адама с обезьянами. Но на этот вариант решили не тратить времени. Теперь о времени с начала процесса размножения, исходя из возможностей женщины. За свою творческую жизнь женщина за 30 лет теоретически может родить где-то 50 детей, т. е. поколение идет в среднем до пятидесяти-шестидесяти лет. Это в наших условиях. А раньше — эпидемии, стихийные бедствия, войны, гибель на охоте сокращали численность населения. А для того, чтобы люди расселились по всей земле с севера на юг, через моря и океаны, нужны не тысячи лет, а сотни тысяч лет. Если разделение на белых и черных можно объяснить климатическими условиями, а остальные отличия, чем объяснить? Хотя придумать можно все, что угодно. Доказывают ученые мира, что одомашнивание животных происходило 5000–6000 лет тому назад. Но почему этот процесс остановился? Мы такие умные и грамотные за эти годы не смогли сделать ни одного из видов животных домашними. Да, отдельно опыты есть. А целый вид — слабо. Почему вдруг народы потеряли память на изобретения, которые состоялись 5000 лет назад? Взять технологии изготовления и строительства пирамид. Мы многое повторить не можем. Почему 90 % документов, манускриптов, папирусов написаны не очевидцами событий, участниками, созидателями, а спустя 300–600 лет после? Вот любой из нас ничего точного и конкретного описать о событиях 1400–1700 года нашей эры не может. Эти мудрецы, философы, так называемые «святые», черпали свои сведения или из старинных книг, или из собственных догадок, размышлений, где истины не более одного процента. Но следующие поколения выбирали эти постулаты, какие кому нравились, и громоздили дальше свои выдумки. Кто на что горазд. В угоду толпе или тем, кто их кормил и содержал.

Мы все трое были коммунистами, вооруженные передовой марксистско-ленинской теорией. Но при внимательном рассмотрении, эта теория разваливалась как карточный домик. Чтобы ей верить, надо быть слепым, или полностью за политизированным. Николай Иванович посмеивался, слушая наши доводы, не опровергая их. Только однажды в пылу сказал:

— Надо гнать метлой из партии, таких, как мы трое. Слишком уж умные. От таких, вреда больше, чем от наших врагов.