Читаем Хитрая лиса полностью

Зачем? Хозяин пожелал. А как тут откажешь? Если не помогу, он сам, да снова куда–то влипнет, а мне отдувайся. А потом еще и дуться будет, хотя упорно утверждает, что он просто не любит разговаривать и ему одному лучше. В этом они очень похожи с Северусом, два сапога пара. Тот тоже делает вид, что ему все побоку, а сам трясется над Гарри как курица–наседка. Что–то я отошел от темы.

Так вот, пока Гарри и другие ученики были на уроках, я пробрался в комнату Мелисы, хорошо, что на дверях было слабенькое запирающее, а то без помощи Гарри не вошел бы, без присутствия хозяина особо не поколдуешь. Это было еще то приключение… Мало того, что мне пришлось преодолеть дистанцию в сорок шесть ступенек, которые доходили мне до груди — и как эта бедная девочка ежедневно по несколько раз по ним бегает туда–сюда — пробежать триста метров до кровати, вскарабкаться на нее (никак альпинистом стал), так еще и зря. Пришлось залезть в ее тумбочку. Тумбочку с нижним бельем…

Такого сраму даже Снейп за свою жизнь не переживал (я то знаю). А все, чтобы добыть этот треклятый ключ от запретной секции. Да, воровать не хорошо, но раз для хорошего дела, то не жалко и пару правил нарушить. Прости меня, Мелиса. Но ключ я потом вернул на место.

Благо всё это было не зря. И мы нашли ту злополучную книженцию. Ну как книженцию… книгу. Хорошую древнюю очень полезную книгу. По зельям. Самого Салазара Слизерина. Нашли, порадовались и снова озаботились. Правда, озаботился в основном только я, Гарри почему–то не видел в этом проблемы. А я видел. Как же иначе? Ведь для завершения, да и просто самым главным и незаменимым ингредиентом было не что иное, как яд. ЯД Василиска. Да, того самого, который вымер еще сто лет назад. Официально. Еще тридцать лет спустя на черных рынках можно было найти кое–какие его части (бедные змейки, вроде самые опасные в природе, а были истреблены людьми, по идее самыми слабыми представителями живого и магического населения Земли). Так я думал. Но Гарри везучий. Не сказал бы, что в хорошем смысле, но полезном. И вот, он нашел–таки Василиска. Живого. А помогла ему в этом — кто бы вы думали — одна глупая рыжая, до безумия влюбленная в него, девчушка по имени Джиневра Уизли с факультета Гриффиндор. Сестра Рональда. Того самого несостоявшегося убийцы. Да, это у них похоже семейное.

Хорошо, хорошо, я не буду говорить о детях плохо, они же дети. Невинные, миролюбивые, добродушные малыши… Вы сами–то в это верите? Я нет.

Хотя Гарри действительно замечательный мальчик. Даже Уизли помог, не безвозмездно конечно, но это очень правильно, я считаю. А что, она сама себя чуть не угробила, на учеников нападала, чуть не воскресила Волдеморта(!), который на малыша моего змею древнюю натравил, мне вред нанесла, пусть платит. И ничего что денег у них нет, Гарри в них не нуждается, а плату и потом придумать можно.

Еще я всячески пытался помирить своего упрямого хозяина и донора генетического материала: подстроить случайную встречу, наладить разговор, подтолкнуть к совместному времяпрепровождению, но они же бараны! В смысле упрямые до невозможности. Но они помирились. Хоть я тут не причем, всего лишь стечение обстоятельств. Случайность. И один хитрый, но мрачный истукан с комплексом неполноценности на десять поколений вперед. Так, с огромным трудом и не без помощи судьбы, мне это удалось. Кто бы похвалил, побаловал, спасибо бы кто сказал… Повезло им со мной, а они даже не подозревают, чурбаны неблагодарные. Но я их всё равно люблю — семья. А еще у нас пополнение. Теперь с нами живет Сетх — красавица–сова, очень умная и дружелюбная (для своих).

В общем, на такой радужной ноте и закончился этот год. Сейчас же разгар лета. Июль. И скоро у Гарри день рождения. Точнее уже через неделю. И это ужас! Караул, у меня нет подарка! Не знаю, что ему дарить, вот одолжил у Северуса деньги (он уперся рогом, мол, ничего дарить ему не будет, но это не страшно, я за нас двоих это сделаю), а что купить — не представляю. Ну, допустим, книгу, так их у Гарри полно, сам их покупает ежедневно, не интересно. Одежда тоже не вариант, малыш модой не болеет. Игрушки… ХА, и еще три раза повторить.

Эх, вот и будь после этого гением зельеварения… Где эта фантазия, когда так нужна? Муза ты где? Ау!? Отзовись, ты мне нужна.

Внезапно подошло двадцать восьмое июля. А идеи нет. Никакой. Абсолютно. Почему–то мне кажется, что моя жизнь кончена. Вполне возможно, что расстроенный ребёнок в порыве искренних чувств действительно казнит меня, проведя ряд научных изысканий в целях улучшения последующей версии, но я в любом случае отдамся раньше на съедение уличным собакам. Пусть это немного не честно по отношению к науке, зато мне легче.

День накануне памятной даты я провел в прострации, сидя на подоконнике и бездумно глядя на старую улочку с потрескавшимся асфальтом, проходящую рядом с нашим домом, в надежде на чудо.