Читаем Хищник полностью

Мужик, возможно, не разобрался, а возможно, по каким-то своим соображениям, преградил нам путь. Смерив взглядом Катю и принципиально избегая смотреть на меня, он пробасил что-то на счет того, что у них и своих девочек навалом, нечего, мол, с посторонними являться. Катенька вспыхнула, я подумал, что надо будет отвести её завтра, или как время будет в магазин, оформить гардероб, чтобы гориллы не приставали. Я вынул бумажник, нашел пятидесятидолларовую купюру и сунул её в нагрудный карман пиджака швейцара.

- Слушай, малыш, не пыли, у меня алергия к грязи.

Запихивая купюру погрубже пальцем, я вплотную приблизился к нему, почти улегшись ему а брюха, а другой рукой как бы невзначай, откинул полу своего пиджака, дав возможность увидеть кобуру с пистолетом под мышкой.

- Мы тут культурно оттянуться решили, а ты пылишь. Нехорошо, браток.

Браток сумел оценить ситуацию, отметил номинал купюры, а, главное, наглый вид посетителя, и почел за лучшее не связываться. Отступил в сторону, приглашая войти.

Ну что ж, начало предвещало массу необычных впечатлений. Мы вошли.

Весь этот клуб когда-то, вероятно, был клубом настоящим, пышностью и богатством отделки расчитанный приводить в трепет рабоче-крестьянвские массы гегемона. Вестибюль был выложен полированными каменными плитами, в которых можно было, вероятно, видеть собственное размытое отражение. Сейчас это было возможно по краям зала, возле пустующего, барьером огороженного гардероба с рядами вешалок, сейчас пустующих. Все пространство пола покрывал искусственный ковер. То, что ковер был искусственный, догадаться можно было только по размеру его - совершенно гигантскому, - а так, имитация национальных узоров сохранила иллюзорность натуральной роскоши. Компания расхлябанных юнцов оседлала барьр гардероба и чему-то смеялась. Было ещё несколько групп - одна, две - вышедших сюда проветриться, потому как здесь, вероятно, из-за камня вокруг, было прохладно.

- А говорил, что денег с собой не берешь, - вдруг сказала Катя, со странным выражением страха и предвкушения, оглядывавшаяся вокруг.

- Здесь меня не знают. Вдруг я никого знакомого не встручу? Для подобных ситуаций я предпочитаю иметь с собой бабки. Кстати, - вспомнил я, - на всякий случай, возьми и ты себе немного денег, мало ли?

- Ты что же, хочешь меня оставить одну?

- Не бойся. Просто я хочу здесь мелкий шмон устроить, туда-сюда прошвырнуться. На, бери, скорее всего не понадобиться, но все же... - я сунул в её слабо сопротивляющуюся ладошку несколько зеленых бумажек. - А теперь пошли.

Кроме посетителей, здесь в вестибюле находились и служащие: парочка упитанных парней в черных костюмах и галстуках и с одинаково оттопыренными подмышками - пистолетами в таких же наплечных кобурах, как и у меня самого. Рядом с этими спортивными ребятами стояли три девушки, одна из которых уже скользила к нам.

- Добро пожаловать в клуб "Белая чайка", - прочирикала она. - Куда прикажите вас отвести.

- У вас здесь выбор? - приятно удивился я. - И что же можете предложить?

- Ресторан, бар, зал рулеток. У нас здесь и казино есть. Для желающих - сауна и басейн.

- Ничего себе, сервис! - по-настоящему удивился я. - Как же это я не интересовался раньше вашим пркекрасным клубом? Катя! Нет, ты слышала? Куда ты предпочитаешь? В баню, или ресторан?

- Чего я не хочу, так это в баню, - рассмеялась Катя.

- И напрасно, - не согласилась девушка. - У нас все по первому классу: отдельный номер и туда же вам принесут всё, что можно выбрать в меню ресторана.

- Нет, радость моя, - сказал я. - Для начала хотимс в бар. А там посмотрим. Ты не против? - повернулся я к Кате.

Она не была против.

Терпеливо дожидавшаяся реакции посетителей, девушка повела нас в бар. Сначала мы поднялись по парадной лестнице к двери, менее тяжелой и менее торжественной, чем входная, но тоже не без величия, и попали в небольшое фойе, где уже громче звучала со всех сторон музыка, в вестибюле лишь намечавшаяся отдаленным звуковмй фоном. Отсюда, из фойе, в обе стороны шел коридор, прямо были две двери, люди входили и выходили, было сильно накурено и курили не только табак, судя по всему.