Читаем Хиросима полностью

Доктор прописал отцу Кляйнзорге усиленное питание. Каждые три часа в него запихивали яйца или говяжий бульон и скармливали ему столько сахара, сколько он мог проглотить. От анемии ему давали витамины, железосодержащие препараты и мышьяк (по рецепту Фоулера [23]). Оба предсказания врача он опроверг: через две недели не умер, но и не встал на ноги. Несмотря на то что, следуя совету доктора из Кобе, ему не делали переливания крови — а это могло принести больше всего пользы, — лихорадка и проблемы с пищеварением довольно быстро прошли. На какое-то время анализы улучшились, но в начале октября количество лейкоцитов снова упало до 3600; а затем, через десять дней, внезапно поднялось выше нормы — до 8800; в конце концов оно стабилизировалось — на показателе 5800. Его странные порезы озадачивали всех. Несколько дней они могли срастаться, а потом, при движениях, снова открывались. Но когда наконец он почувствовал себя хорошо, то испытал огромное удовольствие. В Хиросиме он был одним из тысяч несчастных, зато в Токио — настоящей диковиной. Десятки молодых американских военврачей приходили его осматривать. Его опрашивали японские специалисты. Одна газета взяла у него интервью. А однажды пришел смущенный врач, покачал головой и сказал: «Сложный вы, атомные ребята, случай».

Госпожа Накамура лежала дома с Миёко. Обе все еще чувствовали себя плохо, и, хотя госпожа Накамура смутно догадывалась, что недомогание их связано с бомбой, у нее не было денег на врача, а значит, и шанса узнать, в чем дело. Без всякого лечения, соблюдая режим покоя, они постепенно начали чувствовать себя лучше. Часть волос Миёко выпала, а небольшой ожог на руке не заживал месяцами. Тосио, сын госпожи Накамуры, и старшая дочь Яэко казались вполне здоровыми, хотя у них тоже выпадали волосы и иногда сильно болела голова. Тосио все еще снились кошмары, в которых всегда был его герой — 19-летний механик Хидео Осаки, погибший при взрыве.

Лежа с температурой под 40, господин Танимото с тревогой думал обо всех похоронах, которые должен был проводить для прихожан своей церкви. Возможно, он просто переутомился от тяжелой работы после взрыва, но лихорадка не отступала несколько дней, и он послал за врачом. Тот был слишком занят, чтобы приехать в Усиду, но послал медсестру, которая распознала симптомы легкой лучевой болезни и потом время от времени возвращалась, чтобы сделать господину Танимото укол витамина В1. Однажды к нему зашел знакомый буддийский монах и сказал, что прижигание [24] может помочь; он показал пастору, как проводить эту древнюю японскую процедуру, поджигая скрученную моксу и прикладывая ее к запястью. Господин Танимото обнаружил, что каждый такой сеанс временно снижает его температуру на градус. Медсестра велела ему есть как можно больше, и каждые несколько дней свекровь приносила ему овощи и рыбу из Цудзу, расположенного в 50 километрах, где она жила. Он провел в постели месяц, а затем совершил десятичасовое путешествие поездом в дом своего отца на острове Сикоку. Там отдыхал еще месяц.