Читаем Хетты. Разрушители Вавилона полностью

«Хотя я уже отпраздновал пурулли-праздник в честь бога грозы Хатти и бога грозы Циппаланды, я еще не отпраздновал пурулли-праздник – великий праздник – в доме хести в честь Лилвани, а потому, когда снова пришла весна, я вернулся в Хаттусу и отпраздновал пурулли-праздник – великий праздник – в доме хести».

Весенний праздник, на котором декламировался или разыгрывался миф о поединке бога с драконом Иллуянкой, по-видимому, принадлежит к широко известному типу сезонных праздников, символическая цель которых заключалась в том, чтобы пробудить землю от зимнего сна; ритуальный поединок при этом символизировал победу жизни над смертью или добра – над злом. О сезонном характере этого праздника свидетельствует не только его название, но связь его с Лилвани – богиней земли.

«Праздник года», вероятно, был новогодним праздником, на что указывает само его название. Согласно одному из текстов, восьмой месяц года приходился на осень; следовательно, начало года могло совпадать с весенним равноденствием, как в Вавилонии. Тот факт, что Мурсили II отмечал «праздник года» в зимнем лагере, не противоречит этой гипотезе, поскольку на Анатолийском плоскогорье снег не сходит долго.

Когда царю предстояло возглавлять праздничные обряды лично, для него подготавливали специальную табличку с указаниями, в которой расписывалась вся церемония до мельчайших деталей. Сохранилось множество таких табличек; имеются и описания других праздничных ритуалов, в которых царь играет второстепенную роль; однако из-за того, что колофон (название) многих табличек обломан, определить название праздника зачастую оказывается невозможным. Не исключено, что один из этих безымянных текстов представляет собой недостающую часть указаний к празднику пурилли, так как среди обломков найден еще и фрагмент таблички, содержащий только название этого праздника. В табличках с сохранившимися названиями описаны праздники «холодной погоды» (или «зимы»), «месяца», «привратного дома», праздник камня-хуваси в честь нескольких богов, а также представляющий особый интерес праздник растения андахсум, также посвященный нескольким богам. Андахсум – это съедобное растение, по-видимому расцветавшее весной, так как этот праздник вне всяких сомнений приходился на весеннее время. Описанию его посвящена целая серия больших табличек; сохранилось также несколько копий со слегка отличающимися друг от друга версиями. Основу этого праздника составляли жертвоприношения и возлияния большинству богов и богинь государства и различным частям храма. Жертвоприношения описываются во всех подробностях и с многочисленными повторами; в жертву приносили разнообразную пищу, в том числе и растение андахсум. Интерес здесь представляют не столько монотонные обрядовые процедуры, сколько списки божеств.

Схожий характер, по-видимому, имели и обряды большинства других праздников, так что мы вправе почти без преувеличения говорить о некоем единообразном «царском ритуале». Во всех описаниях целый свод инструкций посвящается подготовительным процедурам – омовению и облачению царя, вступлению процессии в храм, введению царской четы и сановников в святилище и т. п. Составить представление о стиле этих документов позволят следующие выдержки:

«Царь и царица выходят из дома халентува. Двое дворцовых прислужников и один телохранитель идут перед царем, но сановники, (остальные) дворцовые прислужники и телохранители идут следом за царем. «Служители изваяния» играют на аркамми, хухупале и галгалтури [три музыкальных инструмента] за спиной царя и перед ним… Другие «служители изваяния», облаченные в желтые (?) одежды, стоят рядом с царем; они держат руки поднятыми и вращаются, не сходя с места…[17]

Царь и царица входят в храм Цабабы. Они преклоняют колени перед копьем; служитель изваяния говорит, глашатай провозглашает.

Царь и царица садятся на трон. Дворцовый прислужник вносит покров золотого копья и литуус[18]. Покров золотого копья он вручает царю, а литуус кладет у трона справа от царя.

Двое дворцовых прислужников подносят царю и царице воду для омовения рук из золотого кувшина…Царь и царица омывают руки. Глава дворцовых слуг подает им ткань, и они вытирают руки.

Двое прислужников расстилают подстилку для коленопреклонений перед царем и царицей.

«Стольники» делают шаг вперед, жезлоносец проходит перед ними, подходит к сыновьям царя и указывает отведенные им места. Затем жезлоносец выходит наружу и проходит перед главными поварами, и главные повара делают шаг вперед.

Жезлоносец снова выходит наружу, проходит перед «чистым жрецом, владыкой Хатти, и матерью бога из Халки» и указывает отведенные им места.

Распорядитель церемоний входит внутрь и представляется царю. Выносят вперед инструменты Иштар, и царь говорит: «Пусть их вынесут вперед!»