Читаем Харизма полностью

  Дверь открылась прежде, чем я успела утопить кнопку звонка. Соня слету впечаталась в меня, оплетая ручонками, будто осьминог, обволакивающий несчастную жертву щупальцами. Злости как не бывало. Я закряхтела и чудом не согнулась пополам - племяшка здорово шибанула меня под дых. Улыбаясь сквозь боль, я потрепала ее по светлой, как цветок льна, голове. Волосы у Сони мягкие и вьющиеся. Соня почти незаконно славная, особенно в этой тельняшке, меховой жилетке и сужающихся книзу джинсах. Ставлю что угодно, что джинсы и жилетка - выбор Кристины. Сестра работает в индустрии моды. Она и меня пыталась сделать шелковой, но я ни на что не променяю свою кожанку.

  - Пират собственной персоной, - просипела я.

  София подняла на меня остренькое личико и широченно улыбнулась, демонстрируя пробел на месте недавно выпавшего молочного резца. Восемь лет, время тельняшек, пиратов и гиперактивности.

  - Пират говорит 'Ар-р-р!', что означает 'ты классная, Харизма'.

  - Прости, задержалась.

  - Мама сказала, что тебя задержала не работа. Что ты забыла, а потому - безответственная.

  Я поперхнулась. Этот ребенок впитывает все, как губка.

  - А что еще сказала мамочка?

  - Чтобы я не передавала тебе это.

  Я ущипнула ее за щечку.

  - Соня, вот твой рюкзак, и зашнуруй кроссовки, ради Бога, потому что это, юная леди, никуда не годится. Харизма, прости, что не предлагаю пройти. Поздно пить чай.

  Влетевшая в прихожую Кристина нацепила на Соню рюкзак, чмокнула меня в щеку, и все это меньше, чем за семь секунд.

  - Что это у тебя на лице? - Внезапно взгляд сестры перепрыгнул с ссадины над моей бровью на что-то за моей спиной. Крис застыла, ну вылитая кобра перед атакой; глаза сузились в две демонические щелки, когда она осторожно помахала кому-то за моей спиной. - Кто это там?

  Вот так просто ваша счесанная на терке жизни физиономия перестает волновать ваших родных.

  Я обернулась. Багама стоял возле джипа и улыбался своей самой очаровательной улыбкой, какая только была у него в загашнике. Я заскрипела зубами. Черт возьми, зачем он это делает?

  - Работа, говоришь? - уточнила Кристина.

  - Это мой... клиент.

  - Славно-славно, - Крис поджала губы, отчего они стали напоминать куриную попку. Темная прядь упала на гладкий смуглый лоб. Она не поверила ни единому моему слову. Ни единому. Люблю свою сестричку. Я открыла рот осадить ее, но, смахнув прядь длинным кремовым ноготком, она опередила меня: - Как твое лечение?

  Сохранилась фотография: с сигаретой в красных губах, бабуля покупает нам с Крис сладкую вату, а мы с близняшкой цепляемся за ее длинную пышную, расшитую бусинами, пуговицами, паетками юбку.

  В семье Реньи бабуля была известна своими пагубными пристрастиями. Не помню и дня, который бы она провела без сигареты и своих шелковых канареечно-желтых перчаток. Дым закручивался вокруг нее водоворотом, оплетал ее запястья перламутровой змеей. Она выкуривала по две пачки в день, а потом - этот диагноз. Сухой кашель, по мере роста опухоли ставший влажным, выкашливание мокроты с прожилками крови. Когда опухоль начала препятствовать прохождению воздуха по бронхам, появилась одышка. Боли в грудной клетке, когда опухоль настолько разрослась, что стала давить на окружающие органы.

  Химиотерапия, лучевая терапия, хирургическое вмешательство, - бабуля отказалась от лечения, и ее не стало, когда нам с Крис исполнилось по девять.

  Сразу после похорон мама взяла нас с собой домой к бабуле. Шел дождь, и мамины волосы висели вдоль ее осунувшегося лица длинными черными лианами. В коридоре нас встретило чучело Бандита, бабушкиного кота. Пепельницы, пучки трав, сушеные куриные лапки, тяжелые шторы на окнах, завешенные зеркала, вновь пепельницы. А запах... запах, как в одной из этих лавок в Китайском Квартале. Каштановым смерчем, сея разрушение и хаос, мама пронеслась по дому. В руке она держала большущий мусорный пакет, и сметала в него все эти засушенные, причудливо искривленные, покрытые слоем пыли, пепла, омертвелых чешуек кожи, капельками слюны предметы, о чьем предназначении я могла только догадываться.

  - Старая ведьма, - бормотала мама, - старая ведьма, сгубившая мою маленькую невинную девочку!..

  Что-то в этом духе.

  Да, последние полгода бабулиной болезни они плохо ладили. 'Плохо ладили' - это еще мягко сказано.

  Глядя на разрушения, оставленные каштановым смерчем, я догадывалась, что 'маленькая невинная девочка' - это обо мне. Что со мной что-то не так, поэтому мамочка так расстроена.

  Кристина всегда была маминой любимицей. Это я родилась... с браком. 'Все дело в моих руках', - рассуждала я, глядя на танец черного мусорного пакета в маминых руках, становящегося все больше и больше. В том, что, прикасаясь к людям, я видела вещи, которые не должна была видеть. Одним прикосновением маленькая девочка пробуждала к жизни многоголовое беспощадное чудовище, дремлющее в каждом из нас.

  Поэтому мамочка так расстроена.

  Поэтому мамочка плачет.

  Поэтому мамочка называет бабулю 'старой ведьмой'.

  Теперь-то я знаю, откуда ноги растут: бабуля была чтецом, и ее дар - особый дар - передался мне.