Мейс устроил грандиозный скандал, не постеснявшись орать прямо в главном холле на весь Храм. Джедаи сбежались на невиданное зрелище, даже больные из палат повылезали, и Стражи торчали из всех щелей. Мейс орал, не собираясь затыкаться в ответ на требования Йоды, высказав все, что он думает о самом мастере Йоде, о его гранд-падаване, о воровстве чужих падаванов, снисходительности, ханжестве и прочем лицемерии.

После чего взял личный корабль и рванул на Бендомир, чувствуя, как трескаются точки уязвимости.

Как выяснилось, он успел вовремя. Откопав из рабских шахт рыдающего от облегчения Кеноби, Мейс натолкнулся на злорадного Ксанатоса, грозящегося подорвать все и сразу. После чего выполнил свой долг джедая, показательно разделав гонористого идиота на филе.

Возвращение в Храм с облажавшимся по всем фронтам Джинном на буксире было эпичным. Джинна с ходу пинком под зад отправили к мозгоправам на лечение, мелкого Кеноби Мейс забрал в падаваны, а Йоде выдвинули ультиматум, в результате которого древний джедай снял с себя полномочия гранд-магистра и ушел преподавать в ясли. Попытавшемуся возмутиться Джинну Мейс вновь набил морду в спарринге и пинком отправил в больничку.

Следующие годы пронеслись быстро. Кеноби радовал успехами в дипломатии, боевке и прорезавшейся хитрожопостью, Джинн, которому мозги вправили на положенное место, пусть и с огромным скрипом, продолжал примирять и причинять, добавляя головной боли, а Мейс все так же продолжал квасить и жаловаться каждый таунгсдей с теми же собутыльниками, пусть Дуку и стал советником.

Казалось, жизнь наладилась, но тут начался конфликт на Набу, и у Мейса снова постоянно зверски болела голова. А потом Джинн припер с Татуина мелкого мальчишку, и Мейс обреченно понял, что зря жаловался, самое веселое все еще впереди.

Так и случилось.

Скайуокера законопатили в ясли с наказом лечиться, учиться и отъедаться, а отправленные на Набу Джинн и Кеноби, рыцарские испытания которого вошли в заключительную фазу, приперлись с планеты с дыркой в боку — Джинн, и с трупом ситха в морозилке — Оби-Ван.

Мейс утер скупую джедайскую слезу, с чистой совестью и огромным удовольствием посвятил довольно ухмыляющегося падавана, прибившего трофейный сейбер на стенку, в рыцари, и тут же пресек желание Джинна взять Энакина в падаваны, надавав по загребущим рукам, объявив, что мальчишка, пройдя положенное обучение, сам решит.

Глаза Энакина были квадратными.

Танцы с бубнами и заявления об избранности Джинну не помогли: Мейс приволок с Татуина мать мальчишки, и личность будущего учителя была Скайуокером определена в мгновение ока.

А пока он корпел в классах, Мейс с Оби-Ваном и Дуку раскапывали подноготную забрака.

Что все делается к лучшему, Мейс убедился, когда увидел подозрительный артефакт в кабинете свежеизбранного канцлера.

Арест обвиненного в предательстве, развязывании конфликта, взяточничестве, шантаже и еще десятке обвинений набуанца прошел в прямом эфире, а дальнейшее было делом техники. Выпнутого из теплого кресла набуанца экстрадировали на родину, вот только по пути на Набу корабль бывшего канцлера потерялся.

Мейс, берегущий сломанные ребра и едва не отрубленную руку, толкнул речь о нечистоплотности пропавшего без вести Палпатина, поглаживающий свеженький трофей — сейбер из электрума — Кеноби, стоящий за спиной мастера, только довольно ухмылялся. Энакин корпел над учебниками права. Джинн окопался в Комнате Тысячи фонтанов.

Жизнь была прекрасна.

До тех пор, пока получивший очередной отлуп от Энакина, предвкушающего учебу у магистра Ордена или Убийцы ситхов, — тут мальчишка никак не мог решить, кто лучше, — Джинн не представил нового падавана. Зул Ксисс.

Мейс вздохнул, потребовал справку от мозгоправов и размял кисти рук, берясь за сейбер.

Жизнь продолжалась. И это было прекрасно.

----------

Примечания:

В преддверии главы Крови.

Контроль и учёт

— Что будем делать? Кто возьмет на себя это бремя? — мрачный Мейс обвел тяжелым взглядом заерзавших членов Совета. Магистры промолчали, делая вид, что глубоко погружены в Силу и временно недоступны для внешнего мира. — Мастер Йода?

— Стар я, — прокряхтел тот, горбясь. — Не доживу, боюсь.

— Мастер Ранцизис?

— Прошу прощения, но вынужден отказаться. Конфликт на…

— Ясно, — отмахнулся Мейс. — Мастер Пиелл?

Где-то тяжело грохнуло, зал содрогнулся. Джедаи переглянулись. Комлинк Винду пискнул, корун прочел сообщение с таким видом, словно ему наживую рвали ржавыми клещами зубы.

— Произошло что? — невозмутимо поинтересовался Йода.

— Скайуокер, — скривился Винду. — Устроил гонки на мини-подах, врезался в стену и свалил в Технических залах кран. Одни убытки от этого паршивца! А я ведь говорил…

— Гхм, — прокашлялся Йода, Винду осекся и замолчал.

— Так что? Мастера? — немного успокоившись, вернулся к предыдущей теме Мейс. — Кто…

— Гхм! — снова кашлянул Йода, в упор уставившись на коруна. Тот поднял бровь. — Гхм!!!

— Что… — до Винду дошло, он расплылся в злорадной ухмылке, но тут же согнал ее с лица. — Вы абсолютно правы, мастер Йода. Действительно.