— С каким открытием?

— Ох, скромник какой! — залюбовался мной Архипчук.

Уж не издеваются ли они надо мной? Дело в том, что я вряд ли совершил какое-нибудь открытие, потому что последнее время все больше на машинке для шефа стучу. Конечно, не пристало мне, научному работнику, таким делом заниматься, да я не гордый.

— Ну, старик, — похлопал меня по плечу Зайцев, — замечательную вы с Пискуновым статью отгрохали.

— Да чего там, — засмущался я и скорее побежал к Пискунову. — С чем это все меня поздравляют?

— А ты разве не читал нашу статью в журнале? — удивился Пискунов. — Мы же с тобой как-никак открытие совершили.

— Я ничего не совершал, — разозлился я.

— А помнишь, что ты в прошлом году сделал?

— Что?

— Бразильские джинсы мне достал, вот я и сделал тебя своим соавтором.

— А какое хоть открытие-то? — заинтересовался я.

— Что-то про электричество.

— Какое электричество? Разве ты точно не знаешь?

— Мне говорили, — потерял терпение Пискунов, — да я позабыл, нас ведь там несколько соавторов. Я путевку Бабушкину в санаторий достал, вот он меня и записал в соавторы, а уж я тебя. Нам с тобой нужны научные работы, а ему-то все равно, сколько соавторов.

— Когда же, — говорю, — запись на это открытие была?

— Да еще в том «году.

Отправился я к Бабушкину выяснять, какое же мы открытие совершили.

— Помню, помню, — оживился Бабушкин. — Совершили мы какое-то открытие, только вот какое, забыл. Я ведь часто всякие открытия совершаю. Ты сходи к Волкову, мы у него записывались. Может, он знает.

И он не знал, но нашел эту статью. Прочитал я ее внимательно, не понял, правда, ничего. Забыл я все эти премудрости, а попросить объяснить было неудобно.

Отправился я в наш отдел, встретил по дороге Поповского, поздоровался с ним, а он мне не ответил. Посмотрел на меня с отвращением и отвернулся.

— Что это Поповский со мной не разговаривает? — спросил я у Пискунова.

— Так ведь наше открытие опровергает его открытие, — объяснил мне Пискунов. — Ну ему и обидно, конечно.

Некстати, думаю, я со своим открытием вылез. Надо идти к Поповскому мириться. Мне скоро квартиру должны дать, а он в месткоме фигура, как бы не навредил.

— Ты на меня не обижайся, — миролюбиво сказал я Поповскому. — Я ведь случайно все это открыл.

— Ты что, — поморщился он, — издеваешься? Я над своей работой пять лет корпел, а ты ее взял да уничтожил.

— Так ведь науку остановить нельзя, — беспомощно развел я руками и по-идиотски заулыбался..

— Нечего было соваться со своей статьей, если знаешь, что товарища этим в гроб загоняешь.

— Ну, извини, — говорю, — не подумал. А в чем твое открытие?

— Об электричестве, — насупился Поповский.

— Так и мое об электричестве. А в чем там суть?

— Я уж не помню. Главное, хорошее было открытие.

— Слушай, — доверительно сказал я ему, — не делал я этого открытия, меня на него только записали.

— Какая разница? — заскрипел зубами Поповский. — Меня на мое тоже записали. Надо знать, куда записываешься!

Повернулся и ушел.

Эх, не видать мне квартиры, затосковал я.

— Ты, — закричал я Пискунову, — больше меня ни на какие открытия не записывай! Ни к чему мне ваши интриги!

Сел за машинку и начал работать.

<p><strong>НАДЕЖДА</strong></p>

Получил Крылов квартиру и пригорюнился: не осталось у него после этого ни одной надежды.

Мечтал он когда-то купить холодильник. И купил.

Мечтал жениться на Ниночке — и женился. А сейчас и квартиру получил.

«На что же мне теперь надеяться?» — задумался Крылов.

Купил он лотерейный билет и стал ждать, когда «Волгу» выиграет.

Ждал, ждал и выиграл.

А как жить дальше, непонятно.

<p><strong>СЛЕДСТВИЕ ВЕДУТ ЗНАТОКИ</strong></p>

«Уважаемое телевидение!

В среду вечером я с удовлетворением посмотрел вторую серию прекрасного телефильма «Преступник в синем халате». После окончания фильма я немедленно провел расследование дела и обнаружил, что замечательный следователь тов. Раменский ошибся и овощную палатку ограбил не сторож Киселев, который в ночное время, естественно, задремал на своем посту, а матерый преступник Орехов, который под видом инженера якобы проходил мимо палатки. Мы с моей семьей просим исправить ошибку следователя Раменского и освободить невинно задремавшего Киселева.

С уважением, Л. Макеев со своей семьей».

«Уважаемый тов. Макеев!

Вы заблуждаетесь, считая, что палатку ограбил инженер Орехов, а не сторож Киселев, так как Орехов сам заявил в милицию о том, что овощная палатка ограблена, в то время как сторож Киселев был 12 найден, как вам известно, на месте преступления в растерянности, с морковью в руке.

С дружеским приветом, сотрудник объединения телефильмов М. Портнов».

«Уважаемое телевидение!

Мы с негодованием прочитали ваше письмо. Неужели вам самим непонятно, что инженер Орехов для того и заявил в милицию, чтобы не вызвать подозрений, в то время как сторож Киселев, пробудясь от недолгого сна, естественно, держал в руке морковь и был неприятно удивлен появлением милиции. Просим исправить допущенную ошибку.

С приветом, Макеев со своей семьей, Игнатов, Максимов, Пискунов, Рассолов».

«Уважаемые товарищи!