Читаем Кейн полностью

Не знаю почему, но эта мысль беспокоила меня.

Я сжала руки в кулаки и посмотрела вверх.

— Мне не нужно полагаться на Кейна Слэйтера. Я могу обеспечить другого человека, просто не знаю, готова ли к этому. У меня даже нет отношений с Кейном. Мы едва можем выносить вид друг друга. То, что мы занимались сексом, все еще не укладывается в моей голове.

Рука Килы коснулась моего плеча.

— Ты не первая женщина, которая родит ребенка, будучи одинокой, и ты не будешь последней. Я люблю Кейна, и ты знаешь, что он будет активно помогать всем, чем сможет, но ты справишься со всем с помощью или без нее. Ты помогла вырастить Гэвина, ты практически уже мать.

Да, мама Эйдин — это я.

Я фыркнула:

— И какую хорошую работу я с ним проделала; работает на твоего дядю, пытаясь быть тем, кем не является.

— Эйдин, — вздохнула Кила, с мрачным лицом. — Выбор Гэвина не отражает твою роль в его воспитании. Умные люди каждый день принимают глупые решения — мы всего лишь люди. Гэвин поймет свою ошибку рано или поздно.

Его рано или поздно недостаточно быстро для меня.

— Даже если он осознает свою ошибку, он уже в кругу Брэндона. Ему нельзя соскочить. Как только ты оказался в его кругу, единственный способ выбраться — это умереть. Ты знаешь это, и я тоже.

Кила сжала мое плечо.

— Брэндон — мой дядя, он любит меня. Если Гэвин захочет уйти, я его вытащу. Поверь мне.

Это меня немного успокоило.

— Не могу сейчас думать о Гэвине, у меня в голове полный бардак, — призналась я и шмыгнула носом, когда в горле внезапно образовался комок.

Кила обняла меня.

— Все будет хорошо, вот увидишь.

Я обняла Килу в ответ.

— Как мне ему рассказать?

Кила отстранилась и посмотрела на меня. Мне не нужно было произносить имя, она знала, что я говорю о Кейне.

— Не знаю. Кейн — закрытая книга, его трудно понять.

— Действительно? — удивленно спросила я. — По-моему легко понять, что он чувствует или думает. Тебе просто нужно обратить на него внимание.

Кила приподняла бровь.

— А ты обращаешь на него внимание?

Я невозмутимо ответила:

— Я беременна его ребенком, как ты думаешь?

Кила засмеялась:

— Он действительно ведет себя по-другому рядом с тобой. Ты ему явно нравишься, и не только в сексуальном плане. Ты единственный человек, которому он позволяет вколоть ему инсулин, когда у него явно проблемы с иглами.

Я не нравилась Кейну. Единственное, что ему нравилось — это выводить меня из себя, даже когда я ему помогала. Судя по нашему прошлому, возможно, ему также нравилось, когда я голая.

Я прикусила внутреннюю часть щеки.

— Может быть, потому что он знает, что я не приму его чушь, и поэтому он позволяет мне уколоть его?

— Может быть, — улыбнулась Кила.

Я немного улыбнулась, пока Кила снова не заговорила.

— Ты заботишься о себе? — спросила она.

Я покачала головой, когда в моей голове промелькнули образы ночных вечеринок за последние три месяца.

— Нет, я плохо пила и ела последние несколько недель. Что, если я сделала что-то не так, и это причинило вред ребенку?

Мое сердце сжалось от боли. Возможно, я и не была готова родить этого ребенка, но, черт возьми, я ни за что не хотела бы причинить ему вред.

— Успокойся, — произнесла Кила и положила руки мне на плечи. — Мы можем сейчас пойти в Кумб¹⁰ и выяснить, все ли в порядке. Отделение неотложной помощи никогда не закрывается, я слышала, как Бранна говорила об этом.

Я ахнула, когда подумала о Бранне.

— Что, если Бранна увидит нас?

— Она работает в родильном отделении, а не в отделении неотложной помощи — мы не попадемся.

— Ты уверена?

— Совершенно уверена. Поехали.

Я сглотнула.

— Только мы вдвоем?

Кила кивнула.

— Только ты и я.

Мелодия «Только мы вдвоем» пронеслась у меня в голове, и это заставило меня слегка усмехнуться и покачать головой.

— Хорошо, пойдем, пока я не передумала, — сказала я и встала.

Кила вскочила, схватила телефон и ключи.

— Я напишу Алеку, что мы собираемся заправить машину и купить немного сладостей и что мы можем ненадолго задержаться. Он ничего не заподозрит.

О-о.

Я поморщилась.

— Ты думаешь, врать ему — хорошая идея? Особенно после всего, что произошло между вами в день переезда. Все это еще очень свежо; в конце концов, это было всего девять дней назад.

Кила заколебалась, набирая сообщение в своем телефоне, затем покачала головой и в последний раз коснулась экрана.

— Это не очень хорошая идея, но он поймет, почему я это сделала. Кейн должен узнать о ребенке раньше своих братьев.

Я фыркнула.

— Когда он узнает, он разорвет меня на куски за то, что я рассказала тебе об этом раньше него.

Кила закатила глаза.

— Я тебя умоляю, ты его едва выносишь, а я твоя лучшая подруга. Если ему есть, что сказать, я любезно попрошу его поцеловать меня в задницу.

Не смогла не рассмеяться на это. Было приятно — на мгновение я успокоилась и расслабилась, но затем вспомнила, в какой ситуации нахожусь и куда собираюсь идти.

— Ты выглядишь так, словно тебя сейчас стошнит.

Я схватилась за живот.

— Чувствую, что меня вот-вот стошнит.

Кила ахнула и схватила меня за руку.

— Только не на новый пол, его только что отшлифовали и отполировали!