Читаем Казанский университет полностью

Спасибо, девочка из города Казани,за то, что вы мне доброе сказали.Возникли вы в берете голубом,народоволка с чистым детским лбом,с косой жгутом, с осанкой благородной,не дочь циничной бомбы водородной,а дочь наивных террористских бомб.Казань, Казань, татарская столица,предположить ты даже не могла,как накрепко Россия настоитсяпод крышкою бурлящего котла.И в пахнущий казарменными щами,Европою приправленный настойвойдут Державин, Лобачевский, Щапов,войдут и Каракозов и Толстой.Шаляпина ты голосом подаришь,и пекаря чудного одноготак пончиками с сахаром придавишь,что после Горьким сделаешь его.Казань — пекарня душная умов.Когда Казань взяла меня за жабры,я, задыхаясь, дергался зажатомежду томов, подшивок и домов.Читал в спецзалах, полных картотек,лицо усмешкой горькой исковеркав,доносы девятнадцатого векана идолов твоих, двадцатый век.Я корчился на смятой простыне.Кусал подушку. Все внутри болело:так неуклюже торкалась поэма,ну хоть грызи известку на стене.Я около вокзала жил тогда.Был запах шпал в том тесном, одинарном,и по ночам, летя над одеялом,по ребрам грохотали поезда.В ячейках алюминиевых пивоплясало, пооббив себе бока.Россия чемоданы облупила,играя в подкидного дурака.И пели хором, и храпели хором.Бузил командировочный Ноздрев,и пьяные гармошки переходоврыдали под удары буферов.И поезда по-бабьи голосили,мне позвонки считая на спине…Куда ты едешь все-таки, Россия?Не знаю я, но знаю, что по мне.Я мост. По мне, все тело сотрясая,холопов дровни, розвальни малют,с боярыней Морозовою сани,теплушки и пролетки, танки прут.По мне ползут с веригами калеки.По мне, махая веером возам,скользит императрицына каретавдоль ряженых потемкинских пейзан.Я вижу клейма, кандалы и язвы.Я русской кровью щедро угощен.В моих кишках колесами увязлателега, та, где в клетке — Пугачев.На мне Волконской выпавший флакончикеще у следа пошевней лежит,и Пущина крамольный колокольчикнабатом-крошкой к Пушкину спешит.Еще дышу я пушкинской крылаткой,еще дышу радищевской дохой,заплеванный, залусканный треклятойбулгаринской газетной шелухой.Нет, не пропало, что упало с воза.С меня не смоет никаким дождемпот бурлаков, солдаток, вдовьи слезыи кровь крестьян, забитых батожьем.И по себе, такому и сякому,на копоть и на тряску не ворча,я на подножке мчащего сегодняво имя завтра еду во вчера.Назад — чтобы с грядущим рядом встать!Назад не означает — на попятный.Бездумное вперед толкает вспять,и вдаль бросает трезвый ход обратный.Назад, художник! Харкая, сипя,на поручнях вися, в пыли и саже,и там, где черт, а может, бог подскажет,стоп-кран,срывая пломбу,на себя!
Перейти на страницу:

Похожие книги

Нетопырь
Нетопырь

Харри Холе прилетает в Сидней, чтобы помочь в расследовании зверского убийства норвежской подданной. Австралийская полиция не принимает его всерьез, а между тем дело гораздо сложнее, чем может показаться на первый взгляд. Древние легенды аборигенов оживают, дух смерти распростер над землей черные крылья летучей мыши, и Харри, подобно герою, победившему страшного змея Буббура, предстоит вступить в схватку с коварным врагом, чтобы одолеть зло и отомстить за смерть возлюбленной.Это дело станет для Харри началом его несколько эксцентрической полицейской карьеры, а для его создателя, Ю Несбё, – первым шагом навстречу головокружительной мировой славе.Книга также издавалась под названием «Полет летучей мыши».

Вера Петровна Космолинская , Ольга Митюгина , Ю Несбё , Ольга МИТЮГИНА

Детективы / Триллер / Поэзия / Фантастика / Любовно-фантастические романы
Зной
Зной

Скромная и застенчивая Глория ведет тихую и неприметную жизнь в сверкающем огнями Лос-Анджелесе, существование ее сосредоточено вокруг работы и босса Карла. Глория — правая рука Карла, она назубок знает все его привычки, она понимает его с полуслова, она ненавязчиво обожает его. И не представляет себе иной жизни — без работы и без Карла. Но однажды Карл исчезает. Не оставив ни единого следа. И до его исчезновения дело есть только Глории. Так начинается ее странное, галлюциногенное, в духе Карлоса Кастанеды, путешествие в незнаемое, в таинственный и странный мир умерших, раскинувшийся посреди знойной мексиканской пустыни. Глория перестает понимать, где заканчивается реальность и начинаются иллюзии, она полностью растворяется в жарком мареве, готовая ко всему самому необычному И необычное не заставляет себя ждать…Джесси Келлерман, автор «Гения» и «Философа», предлагает читателю новую игру — на сей раз свой детектив он выстраивает на кастанедовской эзотерике, облекая его в оболочку классического американского жанра роуд-муви. Затягивающий в ловушки, приманивающий миражами, обжигающий солнцем и, как всегда, абсолютно неожиданный — таков новый роман Джесси Келлермана.

Нина Г. Джонс , Полина Поплавская , Н. Г. Джонс , Михаил Павлович Игнатов , Джесси Келлерман

Детективы / Современные любовные романы / Поэзия / Самиздат, сетевая литература / Прочие Детективы