Читаем Казаки полностью

По окончании атаманского срока или по предложению большинства (2/3 реестрового состава) Круга объявляются перевыборы. Круг начинается обычным порядком, с той только разницей, что атаман, выступая с отчетным докладом, должен быть без головного убора, тогда как в обычное время он «шапки не ломит» (исключение может быть, когда атаман выступает перед внеочередным экстренным кругом или сходом с просьбой: например, собрать деньги погорельцу (атаманская шапка идет по кругу и т. п.) или в момент объявления войны или похода). Без шапок сидит и все атаманское правление, которое делит успехи и неудачи атамана в равной с ним мере.

После доклада атаман садится на табуретку, дежурный есаулец завязывает ему голову башлыком и стягивает руки за спиною полотенцем.

Предварительно атаман торжественно сдает все атрибуты атаманской власти и сидит с завязанными глазами в белой нательной рубахе так, чтобы был виден нательный крест и обвинители не забывали, что перед ними их брат – христианин. Поверх креста, на более коротком гайтане сохраняется принадлежащая лично атаману атаманская медаль.

Выступающие вычитывают вины и заслуги атамана, памятуя, что всякое ложное обвинение или обвинение, признанное Кругом не доказанным, будет обращено против него.

К примеру, обвинение в предательстве, которое карается изгнанием или смертной казнью, если влечет за собою человеческие жертвы, в случае не доказанности обращается и применяется в полной мере к обвинителю.

Обвинение и спор об атамане может длиться не более 3-х часов. Оно может быть прервано только лекарем, если атаману стало плохо.

Против обвинений может выступить любой казак, но не атаман, который обязан молчать в продолжение всего разбирательства. Если срок атаманства прерван досрочно и атаман признан виновным, есаулец срывает с него атаманскую медаль. Если большинство казаков требует переизбрания атамана на новый срок и серьезных обвинений против него не выдвинуто, то есаулец развязывает ему руки, снимает башлык и троекратно целует атамана. Точно так же троекратно целуют его все при возвращении знаков власти.

Избранный на второй и третий срок атаман присяги не произносит, но целует крест и знамя (только освященное в церкви, иное знамя символом не считается).

По окончании троекратного срока правления, когда атаман по уставу не может быть переизбран, ритуала «вычитывания вины» не происходит. Наоборот, старики, священник и казаки благодарят атамана, дарят ему памятные подарки, целуют и говорят только похвалу. Просчеты атамана могут быть упомянуты только в наказах вновь избранному. Атаман, имеющий равное со всеми казаками право на переизбрание, после ритуала вычитывания вины облачается в обычный свой мундир, кроется обычной казачьей шапкой и усаживается в ряды казаков, с ним же следует и все правление.

Далее идет выдвижение кандидатов, которым руководит дежурный есаулец. В числе вновь выбираемых может быть и только что окончивший свой срок атаман. Он выдвигается на общих основаниях и занимает место без головного убора на скамье кандидатов. Далее обычным порядком, с той только разницей, что в случае избрания на второй и третий сроки он присяги не произносит, а только целует крест, Евангелие и знамя.

1.7. Кухня казака

Казачья кухня передает особенности быта и культуры казаков. Поскольку многие казачьи войска именовались по именам рек (Амур, Волга, Дон, Енисей, Кубань, Терек, Уссури, Яик), то в казачьей кухне особое место занимала рыба и субпродукты на ее основе.

Так донские казаки запекали карпа или леща, варили уху, готовили кулеш с рыбой. Вместе с тем, они любили и каши, лапшу, пироги, которые, кстати, запивали морсом (к примеру, вишневым) и квасом. Часто готовили голубцы и холодец.

Традиционным казачьим десертом был нардек – арбузный мед и реже – варенье из арбузных корок. Влияние восточной кухни проявлялось в употреблении изюма, который клали в кашу.

Из столовых приборов казаки использовали миски и деревянные ложки.

Трапезничали 3 раза в день: завтракали, обедали и ужинали. Трапезу обязательно предваряли мытьем и вытиранием рук.

Старший за столом обычно подавал сигнал к началу трапезы. Часто ели из общей миски. Напитки подавались в кувшинах.

Всех рецептов казачьей кухни описать невозможно, да и они имеют – каждый на свой лад – нюансы и особенности. Даже в пределах одной станицы блюда готовили по-разному, был свой, как сказали бы сегодня, фирменный (родовой) стиль; так соревновались меж собою казачки-хозяйки, который в станицах называли берегинями.

Тем не менее, несколько рецептов наиболее понравившихся автору блюд, вы сможете прочесть ниже. Остальные можно найти самостоятельно в открытом доступе.

Блюда из овощей и фруктов в казачьей кухне отличались большим разнообразием. Самым популярным овощным блюдом у кубанских, донских и терских казаков был борщ с мясом, у уральских – щи из мяса, капусты, картофеля и крупы. Морковник, тыквенник, тушеная капуста, жареный картофель входили в ежедневный рацион.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Архетип и символ
Архетип и символ

Творческое наследие швейцарского ученого, основателя аналитической психологии Карла Густава Юнга вызывает в нашей стране все возрастающий интерес. Данный однотомник сочинений этого автора издательство «Ренессанс» выпустило в серии «Страницы мировой философии». Эту книгу мы рассматриваем как пролог Собрания сочинений К. Г. Юнга, к работе над которым наше издательство уже приступило. Предполагается опубликовать 12 томов, куда войдут все основные произведения Юнга, его программные статьи, публицистика. Первые два тома выйдут в 1992 году.Мы выражаем искреннюю благодарность за помощь и содействие в подготовке столь серьезного издания президенту Международной ассоциации аналитической психологии г-ну Т. Киршу, семье К. Г. Юнга, а также переводчику, тонкому знатоку творчества Юнга В. В. Зеленскому, активное участие которого сделало возможным реализацию настоящего проекта.В. Савенков, директор издательства «Ренессанс»

Карл Густав Юнг

Культурология / Философия / Религиоведение / Психология / Образование и наука
Будущее ностальгии
Будущее ностальгии

Может ли человек ностальгировать по дому, которого у него не было? В чем причина того, что веку глобализации сопутствует не менее глобальная эпидемия ностальгии? Какова судьба воспоминаний о Старом Мире в эпоху Нового Мирового порядка? Осознаем ли мы, о чем именно ностальгируем? В ходе изучения истории «ипохондрии сердца» в диапазоне от исцелимого недуга до неизлечимой формы бытия эпохи модерна Светлане Бойм удалось открыть новую прикладную область, новую типологию, идентификацию новой эстетики, а именно — ностальгические исследования: от «Парка Юрского периода» до Сада тоталитарной скульптуры в Москве, от любовных посланий на могиле Кафки до откровений имитатора Гитлера, от развалин Новой синагоги в Берлине до отреставрированной Сикстинской капеллы… Бойм утверждает, что ностальгия — это не только влечение к покинутому дому или оставленной родине, но и тоска по другим временам — периоду нашего детства или далекой исторической эпохе. Комбинируя жанры философского очерка, эстетического анализа и личных воспоминаний, автор исследует пространства коллективной ностальгии, национальных мифов и личных историй изгнанников. Она ведет нас по руинам и строительным площадкам посткоммунистических городов — Санкт-Петербурга, Москвы и Берлина, исследует воображаемые родины писателей и художников — В. Набокова, И. Бродского и И. Кабакова, рассматривает коллекции сувениров в домах простых иммигрантов и т. д.

Светлана Бойм

Культурология